Читаем Согретые солнцем полностью

«У Боры день начался удачно, – подумала Романия, – первая запись в амбарной книге сделана вовремя».

Они отправились в небольшой скверик, где обычно гуляли. От проезжей части его отделял заборчик, и Романия отпустила руку сына, а собаку подвела к ближайшему кусту сирени. Демир подошел к нему вплотную и только тогда задрал заднюю лапу и оросил куст. Он был очень аккуратен даже на улице, никогда не садился посреди дорожки, чтобы наложить кучку, обязательно забирался в кусты, чтобы его не видели. Иногда, гуляя в сквере, Романия наблюдала, как мужчины отворачивались от нее и без всякого стыда пускали струйки мочи куда придется. В такие моменты ей хотелось подойти к ним и сказать, что им бы поучиться культуре поведения у собаки, которая лучше воспитана, чем они, люди.

Романия заметила птичку с красными перышками на крыльях, которая сидела на ветке дерева и заливалась пением. Она подвела Дениску ближе и указала на дерево.

– Сыночек, смотри, там птичка!

Но ребенок не понимал, чего от него хотят, и только улыбался, прищурив глаза из-за яркого света. Сколько ни пыталась Романия переключить внимание ребенка на птицу, ничего не получалось. Демир важно и медленно сел на травку рядом с мальчиком и внимательно посмотрел на птичку. Он вслушивался в ее голос, поворачивая голову то в одну сторону, то в другую. Увидев, как Дэм за чем-то наблюдает, Дениска тоже повернулся в ту сторону и посмотрел на дерево. Похоже, что пение птицы произвело на него не меньшее впечатление, чем на собаку, и они долго слушали эти нежные звуки.

«Что бы я делала без Демира? – подумала Романия. – Если у меня не получается, он приходит на помощь».

После прогулки они втроем вернулись домой, где соседка Валерия уже накрыла праздничный стол. Дениска, увидев торт с горящими свечками, радостно захлопал в ладоши.

– Моем ручки, и за стол! – скомандовала Лера.

Ребенок зашел в ванную и протянул руки под кран.

– Надо открыть краник, – напомнила ему Романия.

Мальчик взял мыло.

– Нет, сначала надо открыть воду, – спокойно сказала Романия.

Ей пришлось несколько раз повторить одно и то же, пока ребенок не выполнил то, что ему велела мама. Так бывало всегда, но Романия уже научилась объяснять все подолгу и терпеливо. Да, проще самой пустить воду и помыть ребенку руки, но он должен был научиться элементарным навыкам самообслуживания, а для этого приходилось ежедневно повторять ему одно и то же.

– У Дениски сегодня день рождения! – сказала Лера, когда все уселись за стол.

– День? – спросил мальчик, взглянув на Леру.

– День рождения Дениски! – повторила она.

– Рождения день, – эхом отозвался мальчик.

– День рождения Дениски, – сказала Романия.

– День… рождения Дениски! – произнес наконец ребенок и расплылся в улыбке.

– Правильно! Умничка! – похвалила его мать. – А теперь надо подуть на свечки! Делай так: фух!

Мальчик сделал вдох и подул на огоньки свечек, но сразу не вышло, и пришлось попробовать еще раз. Свечи, испустив тоненькую струйку дыма, погасли, к радости ребенка. Все захлопали в ладоши, и женщины, пропев традиционное «С днем рожденья тебя, с днем рожденья, Дениска!», разрезали торт. Романия положила по кусочку торта на тарелки, но именинник не спешил есть.

– День рождения Демирчика! – сказал он, взглянув на собаку.

Демир тихо сидел рядом со столом, и с его губ стекали тонкие струйки слюны.

– Нет, сынок, – сказала Романия, – сегодня твой день рождения, а не Демира.

– Не буду! – Мальчик отодвинул от себя тарелку.

– Почему?!

– Хочу день рождения Демирчика! – упрямо повторил ребенок.

– Кажется, я поняла, – сказала Рома подруге. – Он решил, что торт – это и есть день рождения.

– То есть Дениска хочет, чтобы тортом угостили и Демира?

– Совершенно верно! – сказала Рома и взяла собачью миску.

Она положила в нее кусок торта, и Дениска радостно засмеялся.

– День рождения Демирчика! – произнес он с довольным видом и взял в руки чайную ложку.

После этого Рома с Лерой вручили мальчику подарок – радиоуправляемую машинку «скорой помощи». Дениска сразу же уселся посреди комнаты и запустил машинку. Она замигала, завыла сиреной и покатила по коврику. Демир с интересом рассматривал незнакомую вещь. Когда машинка подъехала к нему, он предусмотрительно поднял переднюю лапу, пропуская транспорт, что вызвало у мальчика неподдельную радость.

– Теперь можно оставить их вдвоем, – сказала Романия. – И похоже, что надолго.

Женщины вышли на балкон. Во дворе у гаражей еще никого не было.

– Скоро начнут собираться поросята красноштанные, – словно угадав мысли подруги, сказала Лера. – Как я их не переношу! Так хорошо жили зимой, когда их здесь не было.

– Ты жестокая, Лера! Представь себе, как они мучились зимой, маялись, крестиком зачеркивали в настенном календаре прожитые дни и считали оставшиеся до весны. По-твоему, им легко?

– Да, я не подумала, что «гаражная болезнь» мучительна и неизлечима, – рассмеялась Лера.

– Для меня видеть их и слышать – настоящая пытка, – тихо произнесла Романия.

– Поражаюсь твоему терпению, – сказала Лера. – Терпеть такие издевательства… Я бы не смогла!