Читаем Содержательное единство 2001-2006 полностью

Развалив СССР, этот политический класс, вдобавок, организовал регресс. Организовал он его под собственные шумные заявления о грядущей русской модернизации. Только под модернизацию, кстати, можно было хоть условно поддержать этот политический класс (он же – пресловутая "русская партия"). Почему? Потому что, кроме СССР, на данной территории может реализоваться только одна мало-мальски эффективная конструкция.

Это – национальное государство. Без всяких там "россиян"! Русское национальное государство. Русская нация могла сложиться на обломках СССР, причем именно как нация, только в условиях ускоренной модернизации. Со всеми компонентами этой модернизации – прогресс, научно-технический в первую очередь, высочайший приоритет права и равенство граждан перед законом, формирование идентичности на основе культуры и языка. Это – и многое другое.

ВСЕ ЭТО БЫЛО ПРОВАЛЕНО. Россию бросили в регресс. Это сделал все тот же политический класс. Он сделал это в интересах своего господства, понимаемого на свой "овце-волчий" манер. Он превратил "подвластное животное" в доходягу с тем, чтобы безнаказанно отправлять свои оргиастические потребности. Это он сделал! Он, а не те, на кого он переводил и переводит стрелки ответственности.

Кстати, об этих стрелках.

Еще в далекую советскую эпоху (да и в постсоветский период) я не раз обращался к вполне ответственным людям: "Ребята, в стране есть вполне достойные еврейские интеллектуалы. Они любят СССР, они блестяще говорят, они поклоняются русской культуре, у них есть, что сказать по экономике, социологии и прочему. В конце концов, они хорошо смотрятся в телевизоре – правильные лица, правильная речь, правильные мысли… Они известны обществу, у них высокие научные степени… Почему не они выступают по телевизору?"

Мне на это отвечали: "Нам не это нужно. Нам нужно… (дальше описывались антропологические деформации нужных телеперсон) …И чтоб они побольше дерьма лили на русских. На них все и спишем". Говорившие считали себя гроссмейстерами политических игр.

А то, что под аккомпанемент того, что они называли "игрой", состоялся реальный регресс, реальная демодернизация, реальное одичание всего населения, реальная декультурация, фактическая деструкция социума… Это для них, оказывается, значения не имело.

В одном достаточно высоком собрании, которое я сумел довести своими высказываниями "до точки кипения", мне было сказано: "Да что Вы несете! Какая модернизация! Предполагалась не модернизация страны, а модернизация элиты!" Я спросил: "За счет чего?" Мне холодно и категорично ответили: "За счет всего".

Почему криминалитет (а именно он системно заменил собой значительную часть элиты) надо называть модернизированной элитой – я не знаю. А вот в чем мысль, которая мне была презрительно брошена, как перчатка, – я и понимаю, и чувствую. И совершенно не намерен уклоняться от этого вызова на политическую и иную дуэль.

Потому что под модернизацию можно было еще что-то стерпеть. В этом было хоть какое-то (пусть очень уменьшительное) благо для русского народа. Он мог в этом сохраниться. Теоретически он еще как-то мог бы сохраниться (но уже совсем не модернизационно) и в православно-цивилизационной модели.

То, что это означало столкновение с исламом, – понятно. То, что никакой диалог цивилизаций от этого не спасет, – тоже понятно. То, что нелепая программа с православным "Законом Божиим" (никак не совместимая со свободой совести и отделением церкви от государства – а это азы Модерна) вызовет только радикализацию ислама, – это тоже понятно. Резкая реакция на это в Татарии – это еще цветочки. Ягодки впереди. И ох, какие это будут ядовитые ягодки!

Но хотя бы теоретически – это было возможно. Этакая "православная Саудовская Аравия", контрмодернизационная, но с жесткой властью, теократическая по сути… Нефть есть, оружие где-то купим… Это был, конечно, бред – но хоть насколько-то логичный.

Но то, что происходит в Кондопоге, – не имеет никакого отношения ни к "русской Франции", ни к "православному ренессансу". Это межэтническая разборка. Не межнациональная, как у нас любят говорить (вы еще постройте эти самые нации!), а межэтническая.

Во Франции есть нация. И нет этноса. Что такое французский этнос? А национальное государство о-го-го какое! И может за себя постоять, как мы видим по действиям главы французского МВД Николя Саркози.

Но это и есть Модерн. Во Франции есть власть закона. Во Франции есть авторитет науки и культуры, выражающийся в том, какое место занимают профессиональные научные и культурные кадры в обществе, сколько они зарабатывают, как защищены, как социализованы. Во Франции… я даже продолжать не буду.

"Русская Франция" могла бы быть компенсацией за обрушение СССР. Слабой, но хоть какой-то компенсацией. Но для этого был нужен русский Модерн – ускоренный и безжалостный. Его место занял регресс, демодернизация. А тогда какая нация? Нация – это субъект модернизации, о чем я буду подробно говорить позже.