Читаем Содержательное единство 2001-2006 полностью

3. Но… происходило накопление неочевидных издержек. То есть, хорошо было только "вроде бы".

4. Накопление издержек не регистрировалось существующими инструментами, и потому не замечалось.

5. Как и при любом накоплении, количество издержек рано или поздно переходит в новое качество.

6. Это новое качество не предсказывается. Ведь нет инструмента фиксации, а значит, и системы раннего предупреждения. То ли совсем нет, то ли они недостаточно выверены, то ли возникает новая ситуация, к которой они не готовы. Короче, все это обрушивается во многом, как снег на голову. И именно в новом, 2006 году, где-то в январе-феврале.

Российский МИД говорит о политической конъюнктуре, недобросовестных нападках… А на самом деле 1 марта 2006 года молдаване покидают стол переговоров с приднестровцами. Просто так – берут и уходят.

А 3 марта 2006 года начинается блокада Приднестровья со стороны Украины. Притом, что Ющенко это крайне невыгодно. И это все понимают. Он сам понимает. Но он получил директивы и не мог отказаться их выполнять, как и впредь он не будет отказываться от выполнения других, смертельно опасных для него директив.

Еще раз – 6 марта выходит доклад Совета по международным отношениям США под трогательным названием "Неверный путь России".

7 марта в США приезжает С.Лавров.

3 марта (то есть непосредственно перед выходом доклада и приездом С.Лаврова) начинается приднестровская блокада, которая напрямую продиктована Ющенко из США.

А 16 марта 2006 года выходит официальный доклад президента США о национальной безопасности. И там тоже нас "прикладывают" – может быть, чуть-чуть более аккуратно.

Мы зафиксировали такой событийный узел. Должны же мы себя при этом спросить: речь идет о плотном, но небольшом узле – или о чем-то другом? С моей точки зрения, мы просто не имеем права себя об этом не спросить. И что получаем в ответ на подобное вопрошание?

Часть седьмая. Ход развития событий

В конце января 2006 года вице-президент Чейни собрал в своем офисе экспертов по России – на совещание о пересмотре курса Вашингтона в отношении Москвы. При этом Чейни попросил главу Национальной службы разведки Джона Негропонте предоставить дополнительную информацию о векторе движения В.Путина.

2 февраля 2006 года Джон Негропонте выполнил просьбу Чейни, представив закрытый доклад о новых угрозах Америке. Из доклада следовало, что одна из таких угроз – это чрезмерная концентрация власти в руках президента РФ В.Путина. Негропонте подчеркнул, что "желание Москвы продемонстрировать свою независимость и защищать свои интересы может осложнить кооперацию с Россией по вопросам, беспокоящим США".

Совещание у Чейни и последовавший затем доклад Негропонте можно считать стартом разворачиваемой кампании, первые громкие ноты которой зазвучали уже в феврале.

8 февраля по инициативе сенатора-республиканца Сэма Браунбека (потенциальный кандидат на выборах 2008 года) в Комиссии по безопасности и сотрудничеству в Европе (Хельсинской комиссии) прошли слушания по вопросу: достойна ли Россия председательствовать в "восьмерке", если она устраивает гонения на негосударственные организации?

Сэм Браунбек заявил, что Россия и Китай слишком рассчитывают на коммерческие отношения с Ираном, чтобы помочь Западу в сдерживании амбиций Тегерана. Россию и Китай Браунбек назвал при этом "странами, посылающими неверные сигналы". По мнению Браунбека, Вашингтон должен организовать давление на страны, поддерживающие Иран, – по аналогии с кампанией 1980 года, целью которой были фирмы, помогавшие СССР строить газопровод в Западную Европу. Браунбек уточнил, что инструментом давления мог бы стать тот факт, что для осуществления успешной деятельности России и Китаю необходима иностранная помощь.

16 февраля состоялись слушания в комитете по международным отношениям палаты представителей конгресса. Эти слушания открыл республиканец Том Лантос, обвинивший Россию в том, что она "сворачивает с демократического пути" и "пытается подорвать экономику и демократию" соседей (то есть государств бывшего СССР). В ходе выступления Лантос озвучил тезис о необходимости вывести Россию из числа членов "Большой восьмерки".

Но главное – на слушаниях выступила Кондолиза Райс, которая заявила следующее: "Мы очень обеспокоены вопросами демократии в России, вопросами закона о неправительственных организациях, вопросами свободы прессы и вопросами использования российского газа и нефти в качестве потенциальной точки давления на соседей".

Далее, поводом для нового аккорда в этой кампании стал договор между Москвой и Тегераном, подписанный 26 февраля 2006 года. В рамках договора Россия и Иран приняли два документа: о поставках в Иран с 2006 года ядерного топлива для Бушерской АЭС и о возвращении в РФ отработанного ядерного топлива.

Эти документы вызвали в США шквал реакций на самом высоком уровне.