Читаем Содержательное единство 1994-2000 полностью

Кто же осмелится бросить камень в предъявленные со столь очевидной и горячей любовью к человечеству ценности и цели? Благость экопроекта несомненна и убедительна. Однако есть нечто странное в столь настойчивом педалировании высшей ценности "окружающей среды". В непредвзятом анализе аксиологии новой глобалистики обнаруживается, что актуальные ресурсные ограничения, то есть условия, неизбежная и спорная по своему формату РАМКА, в которой исторически движется человечество, оказывается главной, императивной, высшей ценностью, к которой сходятся важнейшие цели и которая определяет все остальные смыслы индивидуального и социального существования. Иными словами, устойчивое развитие есть процесс консервации этой (к тому же, по прямому признанию авторов проекта, в основном выдуманной) рамки. Именно ради этой "высшей и справедливой" ценности А.Печчеи призывает жертвовать свободой.

Часть 3.

"Экопроект-для-себя", или Ресурсы роста

Во всем мире ревностно и иногда хвастливо анализируют, кто сколько истратил на столь дорогую человеческому сердцу экологию. Однако для конструкторов-глобалистов этот подход неприемлем, ибо вне суперрентабельной самоокупаемости они просто не смогут развернуть свой проект. Ниже мы показываем, каковы в концепциях глобалистики инструменты этой суперрентабельности и где в экологии расположены "клондайки и эльдорадо".

Один из наиболее показательных примеров этого рода – история борьбы с "озоновой дырой" и хлорфторуглеводородами (фреонами), которые используются в качестве аэрозольных газов, а также теплоносителей в холодильных установках.

Первый массовый вброс тезиса о разрушении фреонами озонового слоя Земли произошел в конце 70-х годов, после обнаружения над Антарктидой так называемой "озоновой дыры" – района с пониженной концентрацией озона в стратосфере. Тема была быстро развернута экологистами в СМИ в связи с ролью озона в задержке ультрафиолетового излучения Солнца, и фреонам было предъявлено обвинение в повышении мирового уровня заболеваемости раком кожи (меланома). Несмотря на множество научно обоснованных сомнений в правомочности фреоновой гипотезы озоновых дыр, в 1985г. была подписана Венская конвенция об охране озонового слоя, а в 1987г. – Монреальский протокол об озоноразрушающих веществах. Эти документы налагали на участников жесткие ограничения по производству и использованию фреонов. В 1990г. на конференции в Лондоне ограничения были ужесточены и сформулирована программа мощных экономических санкций (вплоть до полного торгового эмбарго) в адрес "неподписантов" и "неисполнителей". СССР подписал все перечисленные документы.

Громкий озоновый алармизм экологических организаций и "фондов устойчивого развития", до сих пор будоражащий мировую прессу, сопровождался почти не услышанными экспертными оценками. Врачи выявили, что заболеваемость меланомой совсем не коррелируется с интенсивностью нахождения людей на солнце и не характерна для участков кожи, подвергающихся загару, причем наибольший процент заболеваемости приходится на Центральную Европу, где никогда не было озоновых дыр. Метеорологи установили, что никакие варианты наблюдаемой реальной атмосферной циркуляции не могут объяснить избыточного переноса фреонов в области "озоновых дыр". Геологи выяснили, что природный выход озоноразрушающих газов в результате вулканизма и диффузии по проницаемым зонам земной коры по крайней мере в десятки раз превышает максимальный вклад фреоновой компоненты. Наконец, технологи посчитали, что замена фреонов на другие хладоагенты повысит стоимость холодильных установок в 10-30 раз, а эксперты в области охлаждения пояснили, что необходимость перевооружения холодильной промышленности в мире новыми теплоносителями приведет к повышению мировой смертности от пищевых интоксикаций и голода на 30-40 млн. человек в год.

Некоторую ясность в проблему внесла недавняя публикация в журнале EIR. Оказывается, в 1990г. "Уолл Стрит Джорнел" писал, что соглашение по фреонам перевернет всю структуру мировой химической промышленности, в результате чего из нынешних 32 крупнейших поставщиков химикатов выживут лишь 6-10, и прежде всего "Импириал Кемикал Индастриз" и "Дюпон". Далее журнал сообщает, что в финансировании антифреоновой кампании в СМИ огромную роль играл Фонд Макартура, руководитель которого Торнтон Брэдшо являлся членом Римского клуба, директором Института Аспена и членом совета директоров банка "Си Эс Фест Бостон". Один из наиболее рьяных защитников озона, глава "Озон Трендз Панел" Роберт Уотсон признал, что его убедил в необходимости запрета фреонов высокопоставленный представитель "Дюпон". Другой озоновый экологист, руководитель британского отделения "Гринпис" Питер Метчелл – оказывается, родной внук основателя "Импириал Кемикл" Альфреда Монда. Наконец, основными организаторами последних конференций по озону являются глава "Импириал Кемикал" Деннис Хендерсон и Маргарет Тетчер.