Читаем Содержательное единство 1994-2000 полностью

Тактически наш президент, этот "гений тактики всех времен и народов", вновь торжествует. Его конкуренты окажутся в очередной раз "там, где им и полагается быть". Но у него нет никакого мобилизационного потенциала. С "этим" уже работать нельзя! С "этим" можно только сидеть и смотреть, что будет дальше. Сидеть можно, не опасаясь за власть, а работать – невозможно. И, представьте, именно в этот момент, все о чем я говорил в предыдущей части, вдруг начнет происходить?

Кстати, мы ведь существуем не в ситуации одиночества нашей страны и выборов 2000-го года. О выборах 2000-го года говорят так много, будто они состоятся завтра. И это не только потому, что думают, что они будут не в 2000-ом году, а раньше. Выборы 2000-го года – это страшно важная вещь. Потому что если президент Ельцин может сказать, будет он участвовать в этой борьбе или же не будет, то президент Клинтон так сказать не может. Обидно, наверное, но факт. А в условиях всего, что я ранее описал, изменение власти в США в 2000-ом году не может не сказаться на условиях изменений власти в Москве.

И Борис Николаевич не устраивает не только вялых противников или "полусторонников" из думской оппозиции в России. Он не устраивает совсем другие силы. Если там пойдет после 2000г. речь о жестких технологиях Збига, то зачем им нужен Ельцин? Тогда нужен какой-нибудь заполошный генерал, который подергается и покажет, что Россия – страна для всех страшно опасная и что с ней нужно и можно общаться только в "ежовых рукавицах".

Но пока что у нас есть президент Ельцин, который выступает и говорит: "Усилить регулирующую роль государства в российской экономике". Я пытаюсь отнестись к этому не как к пустой фразе, которую кто-то написал и кто-то озвучил, а по законам некоей формальной политической логики, показанной на рисунке4. Я спрашиваю себя: "А есть ли государство, роль которого нужно усилить в экономике? Есть ли механизмы, с помощью которых можно усиливать его роль? Что это за механизмы? Есть ли экономика, по отношению к которой надо что-то там регулировать?" Поскольку мне кажется, что можно без особых натяжек сказать: нет ни первого, ни второго, ни третьего, то фраза президента моей страны звучит для меня уже просто комически. Человек, у которого нет государства, нет механизма для усиления или ослабления его роли и нет экономики, кричит о том, что надо усилить роль одного отсутствующего в другом с помощью отсутствующего третьего.

Рис.4.

А знаете, почему он это кричит? Потому что идет тихая революция в МВФ, и там "чикагские мальчики" терпят сокрушительное поражение. Вся чикагская школа будет понемногу вымываться. И принимаются решения, что в странах с переходной экономикой государственная роль должна быть усилена, а не ослаблена. Ребята, которые читают доклады международных финансовых институтов, как раньше читали директивы ЦК, говорят: "Надо внести хоть строчку про то, что мы тоже усиливаем роль государства, в соответствии с директивами Кремля. Как там".

"Леонид Ильич сказал, что у нас ирригация". – "Но у нас нет пустыни! Мы живем в болотистой местности". – "Все равно, напишите что-нибудь". И раз в ЦК сказали, то "болотистый" обком пишет, что они тоже усилят роль ирригации.

Если это обсуждать на уровне карьерно-международной интриги, то мне абсолютно понятно, зачем все это написано. И кто такие люди, которые это пишут. Но если это обсуждать на уровне общероссийской трагедии, то я вижу наличие трех отсутствующих вещей: регулятивных механизмов, государства и экономики. Ничего этого нет, а президент этим оперирует с чапаевской лихостью.

Сколько раз нужно показывать, что этого нет? Сколько раз вице-президент Чечни Арсанов должен сказать, что он расстреляет все руководство России по законам шариата? А руководство РФ будет умываться… До каких пор? Пока "горячий Ваха" не станет реализовывать своих обещаний? А может быть, и тогда… Вы уверены, что хоть что-то изменится, если, например, расстреляют Черномырдина? По-моему, начнутся разговоры о том, чтобы отдали тело, пошлют Рыбкина с миссией привезти тело премьера. "Если они тело не отдадут, то мы их вообще осудим по строгости законов. Применим к ним всю полноту. Обсудим на Совете Регионов". Зюганов скажет: "Это еще одно свидетельство преступлений ельцинского режима. Мы срочно должны собрать круглый стол и решить вопрос замены премьер-министра".