Читаем Содержательное единство 1994-2000 полностью

Следует отметить, наконец, что целый ряд последовательных инициатив, приведших к разрушению Союза и нынешней катастрофической ситуации, брали истоки из доавгустовских и даже доперестроечных процессов. В частности, как будет показано ниже, целый ряд военно-стратегических разрушительных инициатив, звеном в цепи которых является СНВ-2, берут истоки в недрах позднезастойного и перестроечного периодов, которые (и мы настаиваем на этом!) представляют собой неразрывное единство по целому ряду параметров.

Подобные оговорки делаются не для того, чтобы оправдать преступные и разрушительные действия послеавгустовской власти, а для того, чтобы еще более остраннить нынешние метаморфозы патриотической политики. Мотивы, двигавшие режимом, – хотя бы "прозрачны". Но каковы причины столь рьяной поддержки вхождения в Совет Европы тех сил, которые отстаивали в предыдущий период парадигму державности и самобытности России? Каковы были те непрозрачные обстоятельства, которые побудили пойти фактически на Страсбургский сговор? Именно непрозрачность этих обстоятельств волнует больше всего. Возможно, что за этим кроется простое неведение. Возможно, что имеют место концептуальные заблуждения. Но возможно и другое. И здесь мы вновь прибегнем к языку схем и численных выражений (рис.3)

Итак, идет борьба за власть. В этой борьбе меряются между собой совокупные весовые коэффициенты К и мощности субъектов Р. Внутренняя мощность оппозиции идеологически ограничена. Определенные причины не дают ей консолидировать большую часть общества, создав народный фронт. За счет этого общество оказывается идеологически расколотым и легко манипулируемым извне. Что происходит в результате – показано на рис. 4.

Рис. 3.Схема борьбы за власть

Рис. 4. Цена внутренних коэффициентов в зависимости от меры национальной консолидированности общества

При неконсолидированности общества и его расколе на достаточно близкие по совокупной мощности силы власти и оппозиции – внутренние коэффициенты теряют свое решающее значение, но за счет этого особое значение приобретают коэффициенты внешние. Посему идет особая торговля за поддержку Запада, за приращивание (хотя бы временное) внешнего коэффициента каждой из сил. При этом оппозиционные силы пытаются обмануть Запад, а Запад требует цену вперед и по особо значимым обстоятельствам. И эта цена начинает платиться в условиях предвыборной кампании. Добавим и то, что подобная цена любого вопроса имеет разное значение с государственнической и популистской, предвыборной точки зрения. Запад, естественно, стремится к тому, чтобы получить проплату по вопросам особой государственной значимости, снисходительно отдавая оппозиции риторику, нужную для масс.

В этой ситуации особо важно наложить табу на возможность торговли в политических целях товарами особой государственной значимости. Именно для этого существует особая независимая элитная негосударственная, но апеллирующая только к стратегическим интересам чистой государственности, – ЭКСПЕРТИЗА.

Видимо, именно вокруг такой экспертизы – надпартийной и в каком-то смысле надидеологической – будет строиться сегодня продуктивная прогосударственная элита российского общества. Ей гораздо труднее, по-видимому, строиться вокруг государственных институтов, где каждый зависим от мнения начальства, и частных коммерческих структур, где начальство и собственность переплелись. Возможность в нашей непростой ситуации выстроить общественно значимую независимую экспертизу – вот главный вопрос, стоящий на повестке дня. Иначе слишком велик риск того, что в кулуарах продадут нечто, не имеющее права быть проданным. А общество, и даже его незрелая элита, так и не узнают, что и почему продано.

К числу запрещенных для продажи политических товаров относится суверенитет России – духовный, геополитический, геостратегический, государственный, финансовый, культурный и любой другой. Что в этом плане означает вхождение в Совет Европы?

Общественная экспертиза, проведенная нашим центром, отвечает на этот вопрос следующим образом.

Поддержка самыми разными силами идеи вхождения России в Совет Европы привела к тому, что Россию втянули в чуждые ей смысловые, геостратегические, геополитические и общеполитические процессы. При этом можно понять позицию тех, кто всегда требовал от России присяги на верность "цивилизованному сообществу". Эти силы, по крайней мере, не изменили самим себе. Но нельзя понять и принять позицию тех патриотических и коммунистических групп, для которых поддержка проекта вхождения России в Совет Европы является изменой принципам державности, переходом с позиций советского патриотизма на позиции западной социал-демократии.