Читаем Соблазн (ЛП) полностью

Соблазн (ЛП)

Полчаса непривычно быстрого бега, и я уже чувствую, как вся вспотела, и сердце бьется в бешеном темпе. Прежде чем я поняла, что происходит, я споткнулась о камень и упала. Линкольн, который бежал далеко впереди, остановился и в мгновение ока оказался рядом со мной.

— Ты в порядке? — спросил он, положив свою руку мне на спину. К сожалению, он быстро отдёрнул её назад.

— Да, — пробормотала я, стараясь быстро прийти в себя.

Я лежала и старалась не думать о том, когда в последний раз лежала в кустах лицом в земле.

Глаза Линкольна расширились, как если бы он увидел меня, с другой стороны.

— Ты не в порядке, — сказал он и положил руку на мой лоб. Он был расстроен.

— Я в порядке, — соврала я.

Но никак не могла выровнять дыхание, чтоб звучать более убедительней.

— Почему ты не сказала, что… — но потом он вспомнил, с кем именно разговаривал и продолжил. — Ты всё ещё под эффектом прошлой ночи.

Я встала, но мне пришлось немного опереться на Линкольна. Моя рука и плечо были на его груди. Он поддерживал меня, как и всегда. Но в этот раз он старался быть на расстоянии.

И всё из-за поцелуя.

На короткое мгновение я закрыла глаза и сделала шаг.

— Со мной всё хорошо, немного устала. Я могу идти сама, просто дай мне минуту.

Он остановился и улыбнулся:

— Знаешь, я и забыл, что завтра приезжают ребята из Нью-Йорка. Мы пробежали примерно пятнадцать километров и этого достаточно на сегодня.

Думаю, они захотят, чтоб ты была свежей и отдохнувшей. Как насчёт того, чтобы прихватить обед, а потом я отвезу тебя домой? Я голоден.

Он оставил выбор за мной. Мне не пришлось говорить о том, что я себя плохо чувствую, или я не хочу отправляться на обед. Я просто кивнула, не в состоянии сказать что-либо вслух. Он понял, что я согласилась не на весь план, но не стал нагнетать.

Пока мы возвращались к машине Линкольна, он постоянно делал небольшие остановки. Он останавливался по разным причинам: поправить обувь, выпить воды. Один раз так вообще сказал, что хочет полюбоваться видом. И каждый раз я знала, что он делает это для того, чтобы я могла передохнуть.

Окольными путями мы добрались до города, чтоб прихватить чего-нибудь на обед. Когда Линкольн говорит о том, чтоб прихватить обед — это значит прихватить продукты для готовки. Он не любитель еды на вынос, и, кроме того, он прекрасно знает, что в моём доме нет ничего съедобного.

Только кофе и молоко.

Когда мы приехали, папы не было дома. Никто из нас двоих не удивился. Линкольн отправился на кухню и занялся готовкой. Вообще-то, Линкольн — единственный человек, который готовит на этой кухне что-нибудь стоящее.

После того, как я приняла душ и переоделась в чистые тренировочные брюки и футболку, я почувствовала себя намного лучше. На кухне меня ждала тарелка с жареной рыбой, овощами и лимонным соусом. Линкольн тоже переоделся. На нём были новые джинсы и чёрная футболка. Он протянул мне кока-колу, а себе взял уже второе пиво.

— Выходит, сегодня ты не понадобишься Гриффину, — сказала я, наблюдая за тем, как он подносит бутылку к губам.

Его серебряные браслеты тускло мерцали в комнатном свете. Он их никогда больше не снимет. Для этого нет никакой необходимости. Я завидовала тому, что у него был выбор.

Линкольн пил уже второе пиво, и это было совсем на него не похоже. Обычно он такой сдержанный. Как раз для случаев, когда мы должны пойти на задание или ещё куда-нибудь. С момента, как я вернулась из своей комнаты, Линкольн только и делал, что смотрел на меня. Что-то промелькнуло на его лице, его взгляд задержался на моих мокрых волосах.

— Нет. На сегодня мы свободны. К тому же, Гриффина все равно нет в городе. Он уехал за Магдой.

О, здорово.

Я просто кивнула в ответ и спросила:

— Что ж, ты уже рассказал Гриффину о тех изгнанниках с прошлой ночи? Насчет того, что они сказали и всё такое?

Линкольн сделал глоток и ответил:

— Да. Я ввёл его в курс дела. Как рыба?

— Хорошо. Спасибо.

Позже, Линкольн рассказал мне о нескольких упражнениях, которые он хотел бы провести на следующих неделях, мы распределили время после школы. Моё новое расписание Грегори и охота. Я кивала и была счастлива тому, что могу делать хоть что-то, находясь рядом с ним.

Когда мы начали убирать со стола, я зевнула, и Линкольн воспринял это как сигнал к тому, чтобы уйти.

— Тебе нужно отдохнуть.

Но перед тем, как я бы попросила его остаться, и перед тем, как он бы отказался, зазвонил мой телефон.

— Алло, — ответила я.

— Это Даппер, — резко и грубо сказал он. Его враждебность сочилась из телефонной трубки.

— О, привет.

Откуда он взял мой номер?

— Слушай. Вы просили меня сообщить, если возникнут проблемы. Так вот — проблемы. Тащите свои задницы сюда. Сейчас же! — он повесил трубку.

Я держала трубку телефона и с ужасом смотрела на неё.

— Кто это был? — спросил Линкольн.

Я вздохнула. Никакого отдыха.

— Даппер. Нам надо в Гадес.