Читаем Собиратель костей полностью

Райм ожидал, что снизу до него донесется страшный удар двери или даже звон бьющегося стекла, но он услышал только едва уловимый щелчок, а потом все стихло.

Джерри Бэнкс взял со стола свой блокнот и принялся изучать его. Даже более внимательно, чем сейчас это было необходимо.

— Прости, Линкольн, я... — начал было Селитто, но Райм его остановил:

— Ничего страшного, — заявил он и зевнул нарочито широко, тщетно надеясь, что это хоть как-то успокоит его израненное сердце. — Абсолютно ничего.

Полицейские стояли в тишине возле наполовину опустевшего стола, не зная, что делать. Неловкое молчание нарушил Мел:

— Ну, давайте собираться, что ли.

Он поставил на стол футляр от микроскопа и начал отвинчивать от аппарата окуляр. Он делал это неторопливо, как любящий свой инструмент музыкант, бережно разбирающий саксофон.

— Послушай, Том, — обратился Райм к помощнику. — Солнце уже село. Ты знаешь, о чем мне это говорит? Бар-то уже давно открыт!

......

Огромный зал, в котором размещался оперативный пункт ФБР, оставил в душе Сакс неизгладимое впечатление. Воспоминания о спальне Райма поблекли и испарились.

Оперативный пункт занимал половину этажа всего здания. Здесь трудились три дюжины агентов, а по количеству компьютеров и электронных панелей помещение напоминало съемочную площадку фильма, поставленного по мотивам произведений Тома Клэнси. Все агенты внешне походили на адвокатов или, в крайнем случае, служащих процветающего банка. Белоснежные рубашки, строгие галстуки. На ум сразу приходили слова «свежий» и «хрустящий». Амелия Сакс невыгодно выделялась среди них в своей синей форме, перепачканной крысиной кровью, пылью и навозом, оставленным скотом, который был забит сто лет тому назад.

Она уже не тряслась, переживая свой небольшой взрыв ярости. Хотя в голове ее все еще вертелись десятки фраз, которые она хотела высказать Линкольну, но не успела, сейчас Амелия старалась сосредоточиться на том, что происходило вокруг.

Высокий агент в безупречном сером костюме совещался с Деллреем. Они стояли в стороне и что-то обсуждали: два серьезных, респектабельных человека. Сакс подумала, что это, наверное, и есть ответственный секретный агент манхэттенского филиала ФБР Томас Перкинс, хотя и не была в этом стопроцентно уверена. Патрульный офицер сталкивается с сотрудниками ФБР не чаще, чем работник химчистки или страховой агент. Мужчина казался чрезвычайно строгим, видимо, он вообще не умел улыбаться. Деллрей что-то рассказывал ему, и тот, согласно кивая головой, время от времени посматривал на огромную карту Манхэттена, прикрепленную к стене. После того как беседа закончилась, он подошел к столу, заваленному всевозможными папками, оглядел присутствующих и заговорил:

— Мне хотелось бы на некоторое время отвлечь вас от дел. Попрошу внимания... Я только что вел телефонные переговоры с директором и генеральным прокурором. Вам всем хорошо известен подозреваемый, который совершил похищение людей из аэропорта Кеннеди. Преступление это несколько необычное. Похищение, которое не сопровождается сексуальным насилием, в очень редких случаях может свидетельствовать о серийном аспекте. Другими словами, подобное преступление — первое в таком роде, которое нам предстоит расследовать. В свете возможной связи его с конференцией ООН, проводимой на этой неделе, мы постоянно координируем наши действия со штабом в Куантико и кабинетом Генерального секретаря. Все меры, которые требуется предпринимать в данном расследовании, рекомендовано оставить на уровне профилактических и упреждающих. Это дело получает приоритет на высшем уровне.

Ответственный агент посмотрел на Деллрея, который и взял слово:

— Расследование было нам передано нью-йоркской полицией, но, тем не менее, они будут предоставлять нам помощь в виде поддержки личным составом. Сейчас перед вами выступит офицер, работавший на местах преступлений, и вкратце введет вас в курс дела. — Теперь перед аудиторией оказался совершенно другой Деллрей. Ни намека на хамство или панибратство.

— Вы обменялись расписками, когда забирали вещественные доказательства? — спросил Перкинс у Сакс. — Успели произвести опись?

— У нас и не было никакой описи, — призналась Амелия. — Мы работали только над тем, чтобы побыстрее спасти жертв.

Это обстоятельство весьма обеспокоило ответственного агента. В судах бывали случаи, когда абсолютно обвинительные дела разваливались только из-за неправильно оформленных и предоставленных вещественных доказательств. Это был самый главный пункт, за который цеплялись адвокаты преступников.

— Позаботьтесь о том, чтобы прежде чем вы уйдете отсюда все было тщательно задокументировано.

— Да, сэр.

«Как же посмотрел на меня Райм, когда понял, что это именно я нажаловалась Экерту, и в результате расследование у полиции отобрали, — размышляла Амелия. — Какой у него был взгляд!»

Моя Сакс смогла все предвидеть, моя Сакс поступила правильно...