Ключ провернулся в замочной скважине, и в щели показались два больших глаза. Макс, полный решимости ворваться, настойчиво тыкался в дверь носом до тех пор, пока Хейзел не уступила.

— Только не на кровать! — в унисон завопили отец и дочь, но Макс уже зарылся в складки одеяла.

— Думаю, нам нужно поговорить, — начал Оран, и они с Хейзел устроились на кровати, стараясь не придавить случайно Макса.

— Сара ни в чем не виновата! — воскликнула Хейзел.

— Никто не виноват, в том-то все и дело. То, что случилось, — это не твоя вина и не моя. И твоя мама тоже не виновата, что так произошло.

Оран всегда хотел сказать это, а Хейзел — услышать. На этот раз слова помогли.

— Все это время я думал, что защищаю тебя. Эти видения, которые у тебя были, я решил, что это… ненормально. Но, возможно, я ошибался.

Дочь посмотрела на Орана одновременно с облегчением и надеждой.

— Знаю, это прозвучит странно, но, пап, это меня успокаивало. Мне казалось, будто мама присматривает за мной.

— Успокаивало? — Оран заметил, что Хейзел сказала об этом в прошедшем времени.

— Прошлой ночью мама приснилась мне. Сказала, что я больше не смогу видеться с ней, но что она всегда будет рядом, всего на расстоянии шага от меня. А потом я проснулась и почувствовала себя… Даже не знаю, просто все изменилось.

Оран притянул Хейзел к себе, и она заплакала. Слезы падали на его шерстяной свитер.

— Ты в порядке? — спросил он через некоторое время.

— Наверное, я просто скучаю по ней.

— Я тоже, милая. Я тоже.

Они провели в кровати остаток дня. Валялись с Максом, разговаривали о разных глупостях, какие только могли прийти в голову. Вспомнили, как на чердаке завелась мышь и Оран поставил мышеловку. Каждый день он клал в нее сыр, и тот исчезал, но мышеловка оставалась пустой. А потом оказалось, что это Хейзел и Кэти воровали лакомство, чтобы спасти бедную мышь.

— Я все не мог взять в толк, как бестолковый грызун может такое проделывать! — смеялся Оран. — Да уж, Кэти и мухи обидеть не могла.

— Сара хорошая, правда? — неожиданно спросила Хейзел.

— М-м-м…

— Хотя она кажется немного грустной.

— С чего ты взяла?

— Не знаю, просто иногда я чувствую, она о чем-то не говорит. Может, просто скучает по дому.

Оран задумался, проснулась ли в Хейзел женская интуиция или это он настолько невнимателен к чужим тревогам и волнениям.

— Я дала ей «Справочник фейри», — сообщила Хейзел.

— Серьезно? Это ведь твоя любимая книга!

— Да-да. Представляешь, оказывается, парень, который написал ее, приезжал когда-то сюда, в Торнвуд, и общался с девушкой, чей дневник нашла Сара. Эта девушка жила в доме Батлера.

— Ничего себе совпадение… Так Сара тоже верит в фейри?

Оран удивился, что смог задать этот вопрос с серьезным лицом.

— Те, кто не верит в магию, никогда ее не отыщут.

— Ух ты, это глубоко, Хейзел! Когда это ты успела стать такой мудрой?

— Пап, это Роальд Даль! Серьезно, тебе стоит попробовать прочесть хоть одну книгу!

<p>Глава 28</p>

Позднее тем же вечером Сара мерила шагами дом, который едва ли можно было назвать большим. На телефоне мигал неотвеченный вызов от Джека. Ей ужасно хотелось выпить, но Сара понимала: от этого будет только хуже. Нет, хватит откладывать на потом, пришло время посмотреть правде в глаза. Но делать это в одиночестве ей совсем не хотелось. Схватив телефон, она нашла в Гугле номер местной службы такси и вышла ждать машину у входа, приоткрыв дверь. Вскоре два луча прорезали темноту, точно прожекторы, рядом зашумел мотор — и Сара почувствовала себя увереннее.

— Какой приятный сюрприз! — воскликнула Фи, отходя в сторону и жестом приглашая Сару зайти в дом. Уютное тепло и ламповый свет в доме контрастировали с темнотой, царящей снаружи.

— Извини, что без предупреждения, Фи. Мне следовало сначала позвонить.

Фи отмахнулась, пропуская светские любезности, и Саре немного полегчало. Не раздумывая, хозяйка поставила кипятиться воду и насыпала немного трав в чайник, который всегда был готов угостить чашечкой чая.

— Маркуса нет дома?

— Он у любовницы, — хмыкнула Фи, и у уголков ее глаз появились морщинки. — Работает в своем отеле круглыми сутками.

— И ты не против?

— С чего мне быть против? Он любит свою работу, она делает его счастливым.

Между Фи и Маркусом все было так просто. Казалось, ничто не может разлучить их.

— Мой муж звонил.

— Вот как, — отозвалась Фи и разлила чай по глиняным чашкам. Затем открыла коробку с разнообразным печеньем.

Сара сделала несколько глотков:

— Очень вкусно!

Некоторое время обе молчали.

— Я начинаю думать, что все делала не так. Он сказал кое-что… — У Сары перехватило дыхание. — Понимаешь, мы никогда не говорили друг с другом по-настоящему. То есть говорили, конечно, но как два малознакомых человека, которые боятся обидеть друг друга.

— Понимаю. В конечном счете начинаешь говорить то, что от тебя хотят услышать. Такое бывает, когда очень боишься потерять близкого человека… но в итоге теряешь себя самого.