Читаем Соавторы полностью

- Какие именно, не помните? Названия, авторы? Хотя бы какого жанра?

- Помню, - он посмотрел на Настю грустно и серьезно. - Конечно, помню. Полное собрание Сидни Шелдона.

Хорошее чтение для женщины, которая пытается выстроить свое благополучие, опираясь на собственные силы и интеллект. Одна "Интриганка" чего стоит! Хотя есть еще "Расколотые сны", про раздвоение личности…

Две разные личности, живущие бок о бок в московской двухкомнатной квартирке. Любопытно.

- А кроме Шелдона?

- Журналы. Лена была очень умной женщиной и, кроме того, получила экономическое образование, она регулярно читала "Деньги", "Коммерсантъ", "Эксперт", "Итоги". Привезла с собой целую кучу, а когда мы стали жить вместе - регулярно покупала. Это имеет какое-то значение?

- Не знаю, - Настя пожала плечами.

Глаза ее скользнули по медленно двигающейся за аквариумным стеклом рыбке, и она невольно залюбовалась ленивой грацией, с которой крошечное розовое создание шевелило плавниками. Надо же, такая кроха, мозгов, наверное, совсем никаких нет, а ведет себя, будто светская красавица на приеме, осознающая свою ослепительность и дающая окружающим в полной мере насладиться своим совершенством. Сидеть бы вот так, в кресле-качалке с книгой в руке, на коленях - уютный теплый плед, на пледе - уютная теплая кошка, смотреть на рыбок, плавающих в аквариуме, и знать, что впереди у тебя долгий уютный теплый вечер в обществе уютного теплого мужа… И знать, что впереди у тебя уютное теплое будущее, простое, понятное и надежное.

Внезапно она поняла, что больше не хочет задавать вопросы Егору Витальевичу Сафронову, и не хочет работать ни по этому делу, ни по какому-либо другому, и ей совершенно все равно, будет ли выявлен и разоблачен убийца беременной Елены Сафроновой. Пропал кураж.

Пропал интерес. Раньше в подобной ситуации Настя бывала напряжена, как дикое животное перед прыжком, она смотрела в глаза человеку, в виновности которого была уверена, задавала ему вопросы, а внутри тугим комком мерно пульсировала мысль: "Я все равно найду, на чем тебя зацепить. Ты у меня на крючке, и очень скоро я тебя выдерну из воды. Я знаю, что это сделал ты, и я придумаю, как можно это доказать". А теперь не было ни тугого упругого комка в груди, ни прежних мыслей. Ей стало все равно.

- Может быть, кофе? Или чай?

Она встряхнулась и перевела глаза на собеседника.

Очень хотелось встать, попрощаться и уйти. Настя с трудом преодолела соблазн и перевернула страницу блокнота. У нее еще два вопроса, ответы на которые нужно непременно получить. Впрочем, насчет одного из вопросов она пока еще сомневается, возможно, задавать его не следует, чтобы не спугнуть Сафронова. А вот второй вопрос совершенно безобиден для преступника, но очень важен для оперативника.

- Вы знакомы с родителями Елены? - спросила она, проигнорировав предложение выпить кофе.

- Нет. А что?

- Почему?

- Отец Лены умер, давно уже, а мать с новым мужем живет в Калифорнии.

- Она и на свадьбу не приезжала?

- Нет.

- А на похороны?

- Тоже нет, я не знал, как с ней связаться.

- Как это? - удивилась Настя. - У Елены не было телефонов матери? Они что, не общались?

- Телефон, наверное, был где-то записан, но я не знал, где именно. У матери теперь другая фамилия, но Лена мне ее не называла. Я посмотрел в Лениной записной книжке, но ни "мамы", ни "Щеткиной" там не было.

А на какую другую фамилию смотреть, я представления не имел.

- Но ведь можно было просмотреть все телефоны и найти тот, в котором есть коды США и Калифорнии.

Вряд ли у вашей жены было много знакомых в Штатах, с которыми она перезванивалась. Сделать несколько звонков и найти телефон матери - чего ж проще? Почему вы этого не сделали, Егор Витальевич?

- Я не догадался, - равнодушно произнес он. - Я был в таком состоянии, что не мог нормально соображать, не то что придумывать такие сложные комбинации. Неужели вы не понимаете?

- Я понимаю, что родители должны знать о гибели своих детей, - жестко ответила Настя. - Елена часто общалась с матерью?

- Насколько я знаю, они вообще не общались. Елена была обижена на мать.

- За что?

- Она хотела приехать в Штаты на несколько месяцев, пожить, погостить, может быть, найти работу, все-таки экономист с хорошим английским… А мать ей отказала в приглашении.

- Почему?

- Елена думает… думала, что из-за мужа. У матери муж намного моложе и, как говорила Лена, с нескрываемыми замашками кобеля. Это ее собственное выражение.

Вероятно, мать опасалась, что присутствие в одном с ней доме взрослой и очень красивой дочери может быть для нее опасным.

- Для кого опасным? Для дочери?

- Да нет же, - усмехнулся Сафронов, - для матери, конечно. У взрослой дочери не может быть молодой матери, это старая истина. А красивая молодая женщина всегда привлекательнее пусть и красивой, но немолодой.

Вы же понимаете, если дочери под тридцать, то матери не может быть тридцать пять, ей никак не меньше пятидесяти. В общем, мать Лене отказала, приезжать не разрешила, и Лена очень обиделась.

- И порвала отношения с матерью?