Читаем Соавторы полностью

- Проходит довольно много времени, почти два года после их увольнения, и вдруг они проявляют интерес к материалам, оставшимся от журналиста. Зачем им эти материалы? Это первая дырка в моих рассуждениях.

- А вторая где?

- Не перебивай, у меня и так мозги в разные стороны разбежались. Погодин вступает в контакт с Боровенко, запугивает их тем, что если материалы выплывут, а в черновиках Нестерова названы настоящие фамилии, то их сынку несдобровать. Боровенко верят и берутся помочь. Они же правовых тонкостей не понимают и не догадываются, что если бы на основании этих материалов можно было привлечь кого-то к ответственности за фальсификацию конкретно того дела, по которому проходил их сын, так сын давно бы уже сидел, потому что фальсификацию доказали бы и дело направили по вновь открывшимся обстоятельствам или в порядке надзора на пересмотр. А раз пока все тихо, стало быть, именно по этому делу ничего доказать невозможно. По другим эпизодам что-то доказали и кому-то вменили, а здесь все обошлось. Но Боровенко ничего этого не понимают и слепо верят Погодину: надо найти материалы, не то сыночку придется идти под суд. Они получают первое задание: установить подслушивающее устройство в квартире Богданова, где соавторы собираются два раза в неделю и обсуждают сюжеты для очередной книги. Это разумно.

Потом, как показывает Боровенко, Глафира Митрофановна случайно ломает аппарат, и прослушивание квартиры делается невозможным. Тогда Погодин через не, коего Николая, которого мы до сих пор не установили, передает супругам Боровенко следующее задание: разбить стекла в машине Богданова, причем не в любой удобный момент, не когда-нибудь вообще, а конкретно в тот момент, когда все Богуславские находятся вместе.

Например, на пресс-конференции, на презентации, на вечеринке. Потом им велят изготовить муляж бомбы и подкинуть Богданову. И опять: сделать это тогда, когда у него соберутся соавторы. Почему? Зачем? Это у меня вторая дыра.

- Согласен, - снова кивнул Юра, - действительно дыра какая-то. Не могу придумать объяснения. А третья есть?

- А как же. Третья, и самая главная, - зачем убили Лаптеву? А в том, что убийство Глафиры Митрофановны лежит в этой же плоскости, сомнений нет никаких: убийца вошел через дверь черного хода, и ключ именно от этой двери за два дня до убийства Рыло продал Вячеславу Боровенко. Боровенко же передал ключ все тому же Николаю, не к ночи будь он помянут. Понятно, что Николай - человек Погодина, но где его искать, вот вопрос.

- А как Боровенко с ним связывались? Они же ему звонили, наверное. Значит, есть номер телефона.

- Юра, неужели ты думаешь, что мы не проверили?

Настя с досадой швырнула шариковую ручку на бумаги, лежащие на столе. Ручка покатилась через весь стол и с противоположной стороны благополучно свалилась на пол с легким пластмассовым стуком.

- Имуществом разбрасываешься, - Коротков укоризненно посмотрел на нее. - И что получилось в результате проверки?

- Да ничего не получилось! Телефон стоит в квартире, в которой никто не живет, хозяева купили дом за городом и проживают там, из квартиры вывезли всю мебель, вещи - короче, все до последнего гвоздя. Они там не появляются, квартира стоит пустая, владельцы ее пока не продают, ждут, наверное, когда цены вырастут. А поскольку продавать квартиру с телефоном всегда лучше, чем без телефона, они продолжают за него платить, чтобы номер не отключили.

- Живут же люди, - с завистью протянул Коротков. - Одни маются годами, потому что им жить негде, а у других квартиры простаивают. Ну а ключи они кому-нибудь оставляли? Соседям, например? В таких случаях всегда ключи оставляют, мало ли что, протечка или батарея лопнет.

- Проверили, - Настя безнадежно вздохнула. - Ключ есть у соседки, но она никому его не давала. Клянется и божится. А как проверишь?

- Никак. Может, она слышала, как к соседям дверь открывают?

- Во-первых, Юра, она ничего не слышала, потому что живет этажом ниже. Если речь идет о протечках и лопнувших батареях, то имеет смысл оставлять ключи только соседям снизу, потому что никакие другие соседи о протечке не узнают. Во-вторых - ты только не умирай от зависти, - квартира двухэтажная, имеет две входные двери, одну на восьмом этаже, вторую на девятом. На восьмом этаже есть еще одна квартира, а на девятом - только эта, и кто бы там ни входил, его не увидят и не услышат. И наш таинственный Николай ходил в пустую квартиру именно через девятый этаж Приходил в строго оговоренное время, приносил свой аппарат, дожидался звонка и уходил. Или вообще сидел там несколько дней безвылазно, когда должен быть постоянно доступен контакту, но при этом не хотел давать свои настоящие телефоны. Вот, посмотри, что записано со слов Боровенко:

Николай чаще всего звонил сам, но в тот период, когда мы плотно слушали квартиру Богданова, я мог позвонить ему в любой момент, он оставил свой телефон и велел немедленно звонить, как только станет известно, у кого находятся материалы.

Коротков задумчиво почесал висок, обдумывая услышанное.