Читаем Соавторы полностью

- Ничего подобного, - возразил тот. - Славчиков не должностное лицо. Это первое. И он, вернее, его жена собирается оплатить твои услуги, если, конечно, ты эти услуги окажешь. И пропихивать, как ты выражаешься, твою пока еще не написанную диссертацию он никуда не будет, потому что не будет тебе должен. А вот зарубить твои научные начинания ему вполне по силам. Поэтому я и призываю тебя по возможности не ссориться с ним, раз уж так случилось, что он обращается именно к тебе. Короче, ребенок, что мне сказать Яковлеву?

- Пусть даст жене Славчикова мой номер телефона, - обреченно сказала она. - Куда ж мне теперь деваться. Хоть посмотрю своими глазами, за чью неземную красоту я так страдаю.

***

Екатерина Сергеевна Славчикова приехала к Насте домой в тот же день ближе к вечеру. Не так, совсем не так представляла себе Настя женщину, из-за которой поссорились два уважаемых профессора. Она ожидала увидеть длинноногую красотку с густыми кудрями до лопаток, с огромными, ярко подведенными глазами, модно одетую и с нескрываемыми амбициями автора бестселлеров. Екатерина же Сергеевна оказалась полной дамой Настиного примерно возраста, с невыразительным, каким-то смазанным лицом, плохо прокрашенными волосами, одетая, на Настин взгляд, совершенно нелепо. Но у нее были умные глаза, хорошая улыбка и сдержанная манера говорить. Одним словом, Насте она понравилась с первых же минут.

- Ничего, если мы на кухне поговорим? - спросила Настя извиняющимся тоном. - В комнате муж работает.

- Конечно, конечно, - торопливо ответила Славчикова.

Они уселись на кухне, Настя предложила чай или кофе, Катерина попросила кофе.

- Анастасия Павловна, мой муж… - начала было Славчикова, но Настя перебила ее:

- Просто Настя. И не нужно извиняться за вашего мужа, я все понимаю. Вы ведь хотели мне сказать, что он корит себя и ему ужасно неудобно, правда?

- Вы умеете читать мысли? - усмехнулась Катерина.

Настя про себя отметила, что гостья не смутилась и не растерялась. Умеет держать удар.

- Нет, - засмеялась она, - мысли читать я не умею, но я умею слушать, что мне говорят, и не забывать. Вы хотите, чтобы я называла вас Екатериной Сергеевной, или можно просто по имени?

- Конечно, по имени. Я могу начать рассказывать?

- Да, Катя, я вас внимательно слушаю.

Рассказ Славчиковой занял примерно полчаса, за это время они успели выпить по две чашки кофе. Настя оценила умение собеседницы не углубляться в детали и не уходить в сторону, только факты, последовательно, в хронологическом порядке, и никаких эмоций. История с прокисшим супом. Неадекватная реакция старой домработницы и отсутствие интереса к этой неадекватности со стороны хозяина дома. История с выбитыми стеклами. История с муляжом взрывного устройства. Отказ Богданова обращаться в милицию. Все.

- Значит, по поводу милиции мнения вчера разделились, - констатировала Настя. - Глафира и Василий настаивали на том, чтобы ее вызвать, а Богданов был против. Так?

- Так, - подтвердила Катерина.

- А вы? На чьей вы были стороне?

- Я молчала, - помедлив, ответила гостья.

- Почему? Вы ведь обратились ко мне, значит, вы оцениваете ситуацию как серьезную. Так почему ко мне, а не в милицию, официальным путем?

- Я не знаю, как оценивать ситуацию, я не понимаю, серьезная она или нет, может быть, все это выеденного яйца не стоит. Но я - мать, у меня трое детей, двое младших совсем еще маленькие. Я боюсь навредить Богданову, потому что он выгонит меня из проекта и я останусь без хорошего заработка. И в то же время я боюсь, что мои дети могут остаться без матери. Я не хочу ни того, ни другого, понимаете?

- Понимаю, - кивнула Настя. - И вы почему-то очень не любите милицию. Интересно, почему?

- Разве вы не знаете? - удивилась Славчикова. - По-моему, все знают.

- Я - не все, - сухо ответила Настя. - Так почему?

- Я отбывала срок, - вздохнув, сказала Катерина. - Четыре года. За экономическое преступление.

- В котором вы не были виноваты, - насмешливо подхватила Настя.

Ну конечно, злые милиционеры подкинули липовые улики и сляпали фальшивое уголовное дело, либо для отчетности, либо для того, чтобы вывести из-под удара истинного виновника. Плавали, знаем. То, что работники следствия, розыска и прокуратуры действительно так поступают, причем достаточно часто, - ни для кого не секрет. Но точно так же не секрет, что девяносто пять процентов людей, отбывающих наказание, клянутся и божатся, что "сидят ни за что".

- Почему? Была. Была виновата. В том, что не сумела в нужный момент сказать "нет" руководству, побоялась потерять работу, за которую хорошо платили, и подписала документы, которые не должна была подписывать.

Не заработала на этом ни копейки. А когда вскрылось, никто не взял на себя ответственность за то, что отдал мне приказ, и по статье я пошла одна. Следователь у меня был хороший, очень мне сочувствовал, понимал, как все было на самом деле, у него таких дел каждый месяц с десяток, он сам так говорил. Но сделать ничего не мог.