Последняя линия обороны была разбита, когда художник сам позвонил Ясмин. С неприятно участившимся сердцебиением женщина смотрела на экран телефона, где высветилось запретное имя, и боролась с собой, боясь того, что он может ей сказать. Но не для того она вырастила двоих детей и подняла известную на весь город сеть салонов красоты, чтобы вжимать голову в плечи из-за звонка какого-то мальчишки, поэтому, совладав с дрожью пальцев и голоса, вышла на связь.

Он сказал, что уважает любой её выбор и в любом случае желает ей счастья, но пусть она имеет в виду: чувство, охватившее их, бывает дано не каждому и только раз в жизни, пусть поверит, уж он-то знает, и едва ли в этом мире существует нечто важное настолько, чтобы отвергать этот бесценный дар. И тогда Ясмин впервые в жизни сдалась, и наморщила лицо, и с удивлением обнаружила, что её щекам щекотно от слёз, и её собственный, неузнаваемо-тоненький голос произносит – о ужас! – слова мольбы о прощении, и в довершение всего она заявила, что готова явиться к нему с вещами прямо сейчас. И тут же поняла, какую глупость сказала: Расим ведь жил не в мастерской, там невозможно было жить. Без сомнения, он жил с родителями.

Однако Ясмин зря волновалась. Её речь потрясла Расима. Он попросил возлюбленную потерпеть неделю, не дольше, пока он не найдёт подходящую съёмную квартиру.

– Не надо, давай я… – пискнула Ясмин, но он прервал её, сказав – «Даже и не думай», и Ясмин действительно перестала думать. Ей показалось удивительным, что они так скоро помирились и пришли к соглашению, она-то ожидала, что задетая гордость Расима встанет между ними огненной стеной. Бедняжка не знала, что между людьми, действительно предназначенными друг другу, всё всегда решается быстро и до скучного просто. Ясмин начала отбирать вещи, которые возьмёт с собой в новую жизнь.

Глава 22

Алтай

23 октября

Той ночью Алтай толком не спал. Было холодно, он включил обогреватель, закрыл все окна – так основательно подготовился, словно собирался проспать до весны. В результате в доме стало слишком жарко, Алтай прилип к простыне, сразился с одеялом и ворочался до запоздавшего рассвета, попеременно увязая то в нудной дремоте, то во влажной постели. Переживания о решающем выпуске тоже не добавляли спокойствия. Он и сам не понял, как вышло, что сон настиг его сразу после завтрака. Алтай просто прилёг на застеленную кушетку с телефоном в руках и смотрел все подряд рекомендуемые Youtube видео, а потом вдруг очутился возле своего спящего тела. В первый момент он испугался, что умер, потом страх сменился облегчением – теперь не придётся терпеть все издевательства судьбы, а за облегчением пришло разочарование, когда Алтай заметил, что его тело дышит.

– Не пришло ещё твоё время, – нежно произнесла за его спиной женщина. Алтай узнал голос матери и резко обернулся, но никого не увидел, а женщина сказала: – Ты отыщешь свои сокровища. Одно найдёшь ты, второе само найдёт тебя. Теперь просыпайся.

Алтай вздрогнул и открыл глаза.

– Спроси у старых… спроси о деревьях у тех, кто помнит, – прошелестел голос у самого уха. Тело Алтая оцепенело, но разум работал на удивление ладно. Он размышлял три минуты, а затем, убедившись, что действительно бодрствует, выбежал из дома, вломился к соседям, не обращая внимания на громкие протесты вооружённой веником Гюльсум, разгуливавшей по двору в рваной ночной рубашке, и начал колотиться к Озану.

– Алтай, сынок, что случилось?

– Я хотел спросить. А здесь раньше были деревья, которых сейчас нет?

Озан отчаянно закряхтел, словно кто-то включил старый-престарый, обросший пыльным коконом компьютер. Алтай уже был готов потерять терпение, когда лицо старика прояснилось и он заговорил, от возбуждения так тряся головой, что Алтай испугался – как бы изо рта у него не вывалились последние зубы:

– Как это я забыл! Позор мне, позор! Прости меня, мой мальчик! Раньше наши дворы-то были одним общим двором! Когда часть продали, дворы разделили и комнату с вашей стороны между ними построили… – Алтай уже всё понял, и только воспитание не позволило ему сорваться с места, не дослушав. – Вот где сейчас у вас новая комната, там раньше росло большое тутовое дерево…

– Спасибо! – выкрикнул Алтай, не в силах больше терпеть, и убежал. Теперь он точно найдёт золото, он в этом не сомневался. Были ли указания матери игрой его воображения или мистическим посланием с того света – не важно, ему в любом случае должно наконец повезти.