Читаем Снова умереть полностью

— Я возьму салат «Цезарь», — сказала Маура. — С небольшой заправкой.

Официантка ушла, и какое-то время они сидели, соблюдая неловкое молчание. В кабинке напротив них расположилась пара, которая все это время держалась за руки. Пожилой мужчина и молодая женщина. «Послеобеденный секс, — подумала Джейн, — и без сомнения это адюльтер». Это заставило ее вспомнить о собственном отце и его белокурой цыпочке — роман, что разрушил его брак и отправил убитую горем Анджелу в объятья Корсака. Джейн хотелось проорать: «Эй, мистер, сейчас же возвращайся к своей жене, пока ты не испоганил жизни всех окружающих».

Можно подумать, люди, опьяненные тестостероном, когда-либо слушали голос разума.

Маура бросила взгляд на пару, страстно сжимающую руки друг друга.

— Милое местечко. Здесь сдают номера на час?

— Когда живешь на зарплату полицейского, то считаешь это местом со сносной едой и большими порциями. Прости, если оно не соответствует твоим стандартам.

Маура поморщилась.

— Не знаю, зачем я это сказала. Просто сегодня из меня так себе собеседник.

— Ты сказала, что получила письмо. От кого оно.

— От Амалтеи Лэнк.

Это имя, словно зимнее дуновение, заставило кожу Джейн похолодеть, подняв дыбом волоски на шее. Мать Мауры. Мать, которая отказалась от нее сразу после рождения. Мать, которая сейчас находилась в женской тюрьме Фрэмингэм, где она отбывала пожизненный срок за множественные убийства.

Нет, не мать. Монстр.

— Почему, черт возьми, ты получаешь от нее письма? — спросила Джейн. — Я думала, ты оборвала все контакты.

— Я так и сделала. Попросила тюрьму не отправлять мне ее письма. Отказалась от ее телефонных звонков.

— Так как же ты получила это письмо?

— Не знаю, как ей удалось отправить его. Может, подкупила одного из охранников. Или спрятала в письме другой заключенной. Но когда я вчера вечером вернулась домой, то обнаружила его в своем почтовом ящике.

— Почему ты мне не позвонила? Я бы со всем разобралась. Один визит в чертов Фрэмингэм, и она никогда не побеспокоит тебя снова, уж будь уверена.

— Я не могла тебе позвонить. Мне нужно было время, чтобы подумать.

— Подумать о чем? — Джейн наклонилась вперед. — Она снова морочит тебе голову. Это то, что она любит делать. Ей доставляет удовольствие играть с твоим разумом.

— Знаю. Я об этом знаю.

— Приоткроешь дверь хотя бы на миллиметр, и она вторгнется в твою жизнь. Слава Богу, тебя вырастила не она. Это значит, что ты ничем ей не обязана. Ни словом, ни делом.

— Я ношу ее ДНК, Джейн. Когда я посмотрела на нее, то в ее лице увидела себя.

— Значение генов переоценивают.

— Гены определяют то, кто мы есть.

— Разве это означает, что ты возьмешь скальпель и примешься кромсать людей, как это делала она?

— Конечно, нет. Но в последнее время… — Маура замолчала и посмотрела на свои руки. — Куда бы ни посмотрела, мне видятся тени. Я вижу темную сторону.

Джейн фыркнула.

— Само собой, видишь. Вспомни, где ты работаешь.

— Когда я вхожу в переполненную комнату, то автоматически прикидываю, кого мне стоило бы опасаться. С кого нужно не сводить глаз.

— Такое называется ситуационной осведомленностью. Это разумно.

— Это нечто большее. Словно я способна чувствовать темноту. Не знаю, исходит ли она от окружающего мира или уже находится внутри меня. — Она все еще разглядывала свои руки, словно ответы были написаны на них. — Я одержима поиском недобрых знаков. Связью между ними. Когда сегодня я увидела этот скелет и вспомнила о теле Леона Готта, то увидела знак. Почерк убийцы.

— Это не означает, что ты перешла на темную сторону. Это всего лишь означает, что ты выполняешь свою работу судмедэксперта. Всегда ищешь гештальт, как ты выразилась.

— Ты не заметила почерка. Так почему его увидела я?

— Потому что ты умнее меня.

— Довольно легкомысленный ответ, Джейн. И это неправда.

— Ладно, тогда я задействую свой замечательный полицейский мозг и поделюсь с тобой кое-какими соображениями. Ты порвала с Дэниэлом и, вероятно, все еще по нему скучаешь. Я права?

— Разумеется, я по нему скучаю. — Она мягко добавила: — И я уверена, он тоже скучает по мне.

— Затем были твои показания против Уэйна Граффа. Ты отправила копа в тюрьму, и за это департамент полиции Бостона стал презирать тебя. Я читала о факторах стресса и том, как они расшатывают здоровье людей. Разрыв отношений, конфликты на работе… черт, твой уровень стресса настолько высок, что ты уже должна была заработать рак.

— Благодарю, что дала мне еще один повод для беспокойства.

— А теперь это письмо. Это проклятое письмо от нее.

Они замолчали, когда вернулась официантка с подносом. Клубный сэндвич[68] для Джейн, салат «Цезарь» с небольшой заправкой для Мауры. Только после того, как она ушла, Маура негромко спросила:

— А ты когда-нибудь получала письма от него?