– Есть, мой маленький друг. И это правда! Просто ты об этом не догадываешься. Твое воображение умеет создавать волшебные миры, которых не существует в действительности. Это и есть магия! Ты видишь лучшее в людях, в мире и в жизни. Это тоже волшебство! Ты понимаешь, как важно дурачиться и веселиться, смеяться и играть – ведь взрослые давно об этом забыли. И это тоже волшебство! Но главное, что делает тебя волшебным – твоя вера в чудеса. Ты веришь, что невозможное возможно, не испытывая при этом ни капли сомнения. Вот это и есть самое настоящее волшебство!

Уильям не верил своим ушам. Он и правда всё это умеет… но раньше ему никогда не приходило в голову, что это волшебство!

– Именно поэтому я и существую, – кивнув, продолжал Санта. – Потому что Уильям Трандл верит в меня.

Уильям заметил, что услышав его имя, эльфы начали перешептываться. Но Санта посмотрел на них своими мудрыми глазами, широко и благодушно улыбнулся, и они затихли.

– Откуда вам известно мое имя? – удивленно спросил Уильям.

– Ну, я не сразу догадался, кто ты. Не ожидал увидеть мальчика на Северном полюсе. Давно к нам мальчики в гости не забредали, – задумчиво проговорил Санта. – Но стоило мне сообразить, что ты действительно мальчик, всё сразу встало на свои места! Лишь один мальчик мог сюда попасть. – Он достал из кармана листок бумаги и протянул его Уильяму.

– Мое письмо! – воскликнул Уильям. Он сразу его узнал!

– Да. Должен сказать, это письмо доставило мне немало хлопот! – Уильям заглянул в листок, а Санта зачитал по памяти:

Санта смотрел на Уильяма сверху вниз, точно пытаясь прочесть его мысли.

– Скажи, Уильям, – спросил он, – чего же такого ты хотел, что я не смог бы тебе подарить? Видишь ли, мы на Северном полюсе, и здесь сбываются мечты. Уж детские-то мечты – точно!

У Уильяма заколотилось сердце.

– Мои мечты могут сбыться… здесь? – спросил он.

– Именно. Мечты, чаяния, надежды – все, о чем ни попросишь! – уверенно ответил Санта. – Весь Северный полюс, между прочим, создан детскими мечтами! Это единственное место в мире, где все, что пожелаешь, появляется прямо на глазах.

– Но это невозможно, – возразил Уильям, заставив эльфов в ужасе ахнуть.

– Это еще почему, юный Уильям? – спросил Санта, который и сам, кажется, немного растерялся.

– Потому что если моя мечта, мое желание, единственное, чего мне искренне не хватает, осуществится здесь, то…

Уильям взглянул на свою коляску и задумался. Неужели это возможно, стоит только захотеть? А потом он сделал глубокий вдох и попытался сделать… невозможное.

Он попытался встать.

Глава двадцать седьмая

Чего хочет Уильям

Эльфы уставились на него в полном изумлении. Чтобы лучше видеть, те, что пониже ростом, забрались на плечи тем, кто повыше.

Дрожа, Уильям ухватился за подлокотники. Он крепко зажмурился и задержал дыхание. Никогда в жизни он еще так не старался. Он попробовал встать, но у него ничего не получилось. Расстроенный, он откинулся на спинку кресла.

Ничего не получилось.

– Вот видишь? – произнес он, глядя в добрые глаза Санта-Клауса. – Ты сказал, что здесь осуществятся все мои мечты. Но если это правда, почему я все еще не могу ходить?

Никогда еще на Северном полюсе не было так тихо.

До сих пор все детские мечты здесь сбывались. Не было такого, чтобы кто-то потерпел неудачу.

Санта внимательно смотрел на Уильяма. Его доброе лицо освещала понимающая улыбка. Казалось, он знал ответ на любой вопрос, раньше, чем тот возникал.

– Мой дорогой Уильям. А что если… как ты думаешь… есть хоть малейшая вероятность, что то, чего ты просишь – вовсе не самое сокровенное твое желание? – Он сказал это самым добрым и мягким голосом на свете.

Уильям посмотрел на свои ноги, потом на кресло. Он сидел в нем всегда, сколько себя помнил. Ничего другого он не знал. Но тут ему пришло в голову, что пока не появилась Бренда, которая подорвала его уверенность в себе, он никогда не желал другой жизни. Что если Санта прав? И его самое сокровенное желание совсем не об этом?

– Уильям, закрой глаза. Хочу попробовать один метод. Посмотрим, удастся ли нам разгадать твою загадку.

Санта опустился на колени рядом с мальчиком и положил ему на плечо огромную теплую ладонь. А потом тихо сказал:

– Дыши глубоко, Уильям. Пусть воздух Северного полюса проникнет в твои мысли. Это поможет нам узнать сокровенное желание твоего сердца.

Уильям вдыхал холодный воздух. Он был прохладным, сладким и пропитанным каким-то знакомым ароматом… Точно! Так пахнут булочки, подрумяненные в тостере! Уильям вспомнил о папе.