Читаем Смертельные обеты полностью

Харт вскинул бровь:

— Правда? Почему же ты не подумал об этом утром, когда просил ее отказаться от венчания?

Рик округлил глаза:

— Ты меня обвиняешь?

Харт горько усмехнулся:

— Едва ли. Но мне все равно. Не притворяйся, что ты не рад внезапным изменениям в предпочтениях Франчески.

Брэг сердито посмотрел на него:

— Я не рад, Колдер. Я вижу, как тебе больно. И я волнуюсь за Франческу.

Харт наигранно всплеснул руками:

— Ну, разумеется. Твой белый конь уже готов?

— Разве ты не слышал, что сказала леди Монтроуз? Франческа обещала приехать. Ее куда-то срочно вызвали.

Срочно вызвали в день свадьбы. Харт грустно засмеялся. Прекрасно.

— Мне не больно, Рик. По правде говоря, я испытываю облегчение. Давно пора прийти в себя. О чем я только думал раньше? Я не создан для семейных отношений.

Все повернулись в его сторону. Джулия была готова упасть в обморок. Он оскорбил их всех, но они ни в чем не виноваты — она ни в чем не виновата.

Рик покачал головой:

— Отлично. Убеждай себя в чем хочешь. Тебе нужна моя помощь?

— Нет. — У него нет желания копаться в этом деле.

— Франческа никогда бы так не поступила намеренно! — воскликнула Джулия и покачнулась. Стоящий рядом Рат подхватил ее под локоть. — Мне надо сесть.

Подбежала Конни, взяла мать под руку.

— Пойдем, мама. — Она бросила на Харта уничтожающий взгляд. — Эван, отец где-то внизу с гостями. Полагаю, ему понадобится твоя помощь, чтобы успокоить всех и предотвратить скандал.

— Да, да. — Эван подошел к матери и помог Конни проводить ее вниз.

Харт с ужасом представил, что его ждет. Когда близкие Франчески ушли, он холодно улыбнулся Рику. Брат не сводил с него потемневших глаз.

— Знаешь, Колдер, а я рад, что все так случилось. Мы оба знаем, что этот брак принес бы всем только несчастье, как понимаем и то, что Франческа заслуживает большего, чем ты можешь ей дать. Утром она очень нервничала.

Харта затрясло от злости, но он старался говорить спокойно.

— А ты что готов ей дать, Рик, сейчас, когда помирился со своей очаровательной супругой? Вечную дружбу? Любовь без взаимности? Или… порочащие ее честь любовные отношения?

— Я друг Франчески. И совсем не в том смысле, который ты вкладываешь в это понятие.

Харт постарался подавить сковывающий его гнев.

— Как ты прав, — заявил он ледяным тоном. — Я понятия не имею, что такое дружба, и думать об этом не хочу. Наслаждайся своей дружбой, Рик. — Он кивнул, обошел брата и вышел из комнаты.

Рурк бросился за ним по лестнице.

— Что ты делаешь? — спросил Харт, повернувшись к молодому человеку.

— Иду с тобой, — спокойно ответил Рурк. — У тебя шок.

— Едва ли. Мне не нужна нянька или сиделка. — Он побежал вниз по лестнице, но Рурк не отставал.

— Значит, я буду рядом, как друг, — крикнул он в спину Харта. — Хочешь ты этого или нет.

Харт проигнорировал его слова, но через несколько секунд остановился, поняв, что стоит на нижней ступени в церкви перед толпой из трехсот весело переговаривающихся гостей.

Женщины были одеты в бальные платья, мужчины в смокинги. Гости одновременно о чем-то говорили, отчего ощущалось всеобщее возбуждение. Около открытых массивных дверей церкви он увидел отца Франчески. Эндрю Кэхил повернулся к Харту. На лице мужчины угадывалось высшей степени разочарование и растерянность. Встретившись глазами с Хартом, он вспыхнул от злости.

— Выйдем на улицу. — Рурк мягко подтолкнул Харта. — Если ты не хочешь выпить, то я с удовольствием.

Харту было все равно. Эндрю продолжал буравить его таким взглядом, словно тот был виноват во всем произошедшем.

Харт улыбнулся и заговорил громким, весьма благодушным тоном:

— Боюсь, вам не удастся повеселиться на свадьбе. Церемония закончена, можете обвинять во всем меня.

Когда он сделал шаг, толпа расступилась перед ним, как волны Красного моря. Харт старался не задерживать взгляд на лицах, он и так знал всех приглашенных. Он спал со многими собравшимися здесь дамами, ухаживал за некоторыми дочерями влиятельных матрон, поддерживал деловые связи почти со всеми джентльменами. Взгляд выхватил из толпы графиню Бартоллу, сверкавшую глазами от радости, Ли Анну, взгляд которой показался пустым и удивленным одновременно; мельком остановился на Саре Чаннинг, озабоченной и погруженной в свои мысли — о нем? о Франческе? — и ее матери, смотрящей на него с ужасом.

К черту их всех.

Харт вышел из церкви на яркий солнечный свет, за спиной толпа закипала от возрастающего накала бурливших чувств.

Харт уже не обращал на это внимания.

Франческа не обращала внимания на полученные синяки и в третий раз решительно забиралась на тумбочку, возвышавшуюся на столе. Правда, сейчас на глазах от досады выступили слезы.

Дважды она пыталась дотянуться до окна и каждый раз падала на пол, отчего у нее болело все тело.

Но самое страшное, что с каждой неудачей она теряла силы и веру в успех. На этот раз у нее должно получиться.

Перед глазами всплыл образ Харта, и она, задыхаясь и обливаясь слезами, ухватилась за узкий выступ.

И в этот момент услышала детские крики.

Франческа замерла, испугавшись, что у нее начались галлюцинации, когда с улицы вновь донесся детский смех.