Читаем Смертельная полностью

Оставшись вшестером, миновали генератор силовой защиты. Дальше бетон старел на глазах – лежал, раскрошенный, проеденный травами и мхами.

– Разулись, – приказал егерь, вылезая из растоптанных сандалий. – Обувь бросьте здесь. Обуетесь, когда вернемся.

Тут он заметил, что туристы с ужасом смотрят куда-то в сторону – и оглянулся. Там, в нескольких метрах от них, стояли рядком три пары обуви. Одна из пар – женская.

– Черт… – хмурясь, пробормотал он. – Убрать забыл… Ладно, пошли…

Бетон кончился, под босыми ногами была теперь теплая травянистая планета – ласковая, вкрадчивая. Смертельная.

– Может быть, вернуться? – жалобно подал голос замыкающий.

– Поздно, – без выражения отозвался егерь.

– Почему поздно? Несколько шагов…

Егерь остановился. Остальные – тоже. Обернулся к замыкающему:

– Куда несколько шагов? Туда?

Все оглянулись на серое бетонное поле. Потом снова посмотрели на егеря.

– Шутник… – проворчал он, возобновляя движение.

– Я все-таки вернусь, – сказал замыкающий.

– Хорошо! – бросил егерь, снова останавливаясь. – Только дайте нам сначала отойти шагов на двадцать. Махну рукой – можете возвращаться. А вас… – Он повернулся к остальным. – Вас я прошу внимательно посмотреть, что потом будет. Посмотреть и запомнить.

Отойдя на двадцать шагов, они оглянулись и увидели, что замыкающий, утирая пот с бледного лба, следует за ними.

Шумели травы. В кустах кто-то мурлыкал. Серое лицо егеря совсем обрезалось. Бесшумно ступая, он вел группу по еле намеченной в траве тропинке.

– Смотрите, зверек, – тихонько сказала туристка.

Действительно, на опушку выбежал зверек, напоминающий кошку с беличьим хвостом. Егерь глянул на него искоса, но шага не замедлил. Видимо, опасности зверек не представлял.

– Какая прелесть! – сказала туристка. – А что делать, если он выбежит на тропинку?

– Ничего, – отозвался егерь. – Прежде всего в панику не впадать. Особенно, если начнет тереться об ноги. Стоять неподвижно. Полчаса будет тереться – полчаса стоять неподвижно… Стоп!

Впереди через тропинку переливалась отсвечивающая металлом струйка чего-то живого.

– Придется в обход… – тихо сообщил егерь. – Плохо…

– Муравьи? – шепотом спросил руководитель группы.

– Если бы… – отозвался егерь – тоже шепотом.

Они прошли вдоль ручья, где над подозрительно прозрачной водой качались похожие на щупальца лианы, и, обогнув пригорок, замерли.

Впереди, метрах в двадцати от них, лежал человек. Это был рыжий парень в розовой мятой рубашке и белых потрепанных брюках. Босой. Лица его видно не было.

– Человек лежит… – проговорил кто-то, не веря своим глазам.

Все обернулись к егерю. Егерь молча смотрел на лежащего. Лицо его выражало не то скорбь, не то полное равнодушие.

– Лежит… – отозвался он наконец. И было в этом его «лежит» нечто такое, от чего на туристов повеяло ужасом.

– И давно он…

– Второй год, – сказал егерь. – Вообще-то меня просили никому его не показывать, но вы же сами видели, как все вышло… Тропинку пересекло, а другого пути тут нет…

– Он… дышит? – ахнула туристка, вглядываясь.

– Дышит, – помолчав, согласился егерь. – В том-то все и дело что дышит… Сейчас через овраг пойдем… место скверное… Так что повнимательней там, пожалуйста. Что-то предчувствие у меня сегодня нехорошее…

Туристы содрогнулись.

В овраге было красиво. Видимо, это и имел в виду егерь, назвав овраг скверным местом. Запах больших фиолетово-розовых цветов кружил голову. Хотелось упасть в траву, раскинуть руки, закрыть глаза… И нехорошее предчувствие не обмануло. Замыкающий остановился, потом сделал несколько неверных шагов в сторону и, зажмурясь, потянулся носом к цветку.

Его счастье, что егерь оглянулся. Этот удивительный человек чувствовал опасность спиной.

– Не двигаться! – сипло приказал он – и замыкающий, опомнясь, застыл с вытаращенными глазами. Все оцепенели.

– Спокойно… – тихо, напряженно заговорил егерь. – Главное – спокойно, земляк… Пока еще ничего страшного… Попробуй вернуться на тропинку по своим следам… Ну-ка, выпрямись потихоньку… Так… Давай-давай… Левую ножку наза-ад… Теперь правую… Да не спеши ты!..

Кое-как замыкающий выбрался на тропинку – и егерь вытер ладонью мокрое лицо.

– В-вы… – заикаясь, начал глава группы. – В-вы п-понимаете, что натворили!.. Чуть не натворили!..

– Не надо, – попросил егерь. – Ему вон и так худо. Не надо сейчас. Обошлось – и ладно…

Они вылезли из оврага и снова оказались на краю бетонного поля. В центре его круглились жилые купола, чуть поодаль посверкивала посадочная шлюпка с опущенной аппарелью.

* * *

– Вы представить не можете, как я вам благодарен! – сбивчиво заговорил замыкающий, когда они вновь вошли в помещение.

Егерь в бешенстве повернулся к нему.

– Сразу же, как вернетесь на орбиту, – процедил он, – дадите подписку больше эту планету не посещать!

– Господи! – вскричал виновный, прижимая руки к груди. – Да я и сам теперь ни за что… Да я… У меня в этом овраге даже зуб под коронкой заболел – от страха…

Пилот встал. Егерь впился глазами в лицо туриста.

– Зуб? Какой зуб?

– Золотой… – неуверенно ответил тот. – Зуб, говорю, под коронкой…