Читаем Смерть императору! полностью

В характере прокуратора была и трусливая черта. Гнев все еще горел в Макроне, как и у многих из ветеранов, которые шли за ним, когда они вспоминали, как Дециан бросил их, оставив отряд ветеранов один на один с яростью триновантов в прошлом году. Только боги знали какие неприятности он причинит Боудикке и иценам.

— Юпитер Наилучший Величайший, — пробормотал Макрон. — Во имя моей святой чести я принесу в жертву безупречного ягненка, если ты проследишь за тем, чтобы этот ублюдок соскользнул с седла и сломал свою долбанную шею… Два ягненка, — задумчиво прибавил он.

— Господин?

Макрон оглянулся и увидел Фламиния у себя за плечом, приподнявшего бровь и слегка ухмыляющегося.

— Э-э, просто возносил молитву, чтобы Минерва и Фортуна даровали прокуратору мудрости и удачи в переговорах с иценами.

— Я понимаю. Очень своевременно с твоей стороны, цетурион, — ответил Фламиний. — Я уверен, что твои пожелания разделяем все мы.

Боги, по своему обыкновению, отказались ответить на просьбу Макрона, и Дециан и его приспешники без происшествий добрались до столицы иценов. Впереди матери собрали своих детей и увели их с пути римлян. Мужчины, стар и млад, стояли по обе стороны и смотрели молча. Макрону было ясно, что они и их триновантские соседи давно ожидали момента, когда Рим протянет одну руку, чтобы потребовать оплаты, в то время как другой будет размахивать мечом, чтобы дать понять, что повлечет за собой неуплата дани.

Солнце висело низко в небе, и его лучи блестели огненным светом на соломенных крышах хижин, отбрасывая длинные тени на грязные улицы поселения. Тишина вокруг марширующих людей была гнетущей, и Макрон почувствовал, как ледяные булавки вонзаются в затылке, когда он переводил взгляд из стороны в сторону в поисках признаков опасности. Когда голова колонны подошла к деревянной сторожке, охранявшей вход в царский чертог, группа людей в плащах с тяжелыми копьями для кабаньей охоты преградила путь и заставила телохранителей Дециана и всю колонну остановиться, и прокуратор, приложив ладонь ко рту, был вынужден крикнуть:

— Кто смеет преградить мне путь?

Самый высокий из иценов сделал шаг вперед и заговорил на четкой латыни. — Кто посмел войти в столицу иценов без приглашения?

Дециан взмахнул поводьями и подвел лошадь ближе к сторожке. — Я Катий Дециан, имперский прокуратор, назначаемый самим императором в Риме. Мне не нужно чье-либо приглашение. Я здесь, чтобы договориться с твоей царицей Боудиккой. Ты мешаешь мне на свой страх и риск.

Ицен выглядел невозмутимым. Он повернулся, чтобы обменяться тихим комментарием с одним из своих людей, и группа рассмеялась. Потом снова обратился к прокуратору.

— Жди здесь. Я посмотрю, примет ли тебя Боудикка.

Бритт прошел мимо своих товарищей и вошел в ограду. Дециан двинулся к чертогу, протягивая руку. — Вы там! Остановиться!

Люди из стражи подняли свои копья и сделали шаг вперед. В этот раз на их лицах уже не было какого-либо веселья, просто стальная решимость. Телохранители прокуратора потянулись к своему оружию, и пульс Макрона ускорился, когда он увидел первый обнаженный клинок.

— Вульпиний, принимай командование. Я к голове колонны. Если впереди начнутся какие-то неприятности, сформируй людей в квадрат и жди, пока я не вернусь.

— Да, господин.

Макрон пробежал рядом с повозками, обгоняя людей из контингента Лондиниума, которые выглядели нервными и испуганными. Подойдя к телохранителям, он крикнул: — Держите свои мечи в ножнах, или я сделаю из ваших кишок шнурки для своих калиг!

Горстка людей Дециана заколебалась и смотрела на прокуратора в ожидании подтверждения приказа, пока Макрон прошел последние несколько шагов, чтобы присоединиться к ним.

— Эти люди бросают мне вызов, — Дециан указал на воинов, преграждающих ему путь. — Центурион, разберись с ними.

Макрон заставил себя сохранять спокойствие. — Мы ведь не хотим начать с агрессии, не так ли? — он сказал тихо. — Давай просто сделаем это милым и мирным приключением, а?

— Я представитель императора, самого могущественного человека в известном мире, и я не потерплю каких-то вызовов моему статусу от какой-то банды вонючих варваров. Если эти люди отказываются расступиться, то им нужно преподать урок. Я дам им последнее предупреждение, прежде чем прикажу тебе их порубить.

— Никто никого не будет рубить. — Макрон нахмурился. — Единственный урок, который нужно преподать сегодня — как вести себя дипломатично, а не как какой-нибудь аристократический ублюдок, только что вышедший из своей колыбельки. Там, в Лондиниуме ты вполне можешь быть представителем императора, но здесь ты ничтожный мелкий счетовод, с которым мне приказано нянчиться. Мы получим то, за чем пришли без лишнего кровопролития и благополучно вернемся домой. Если ты поставишь нашу жизнь под угрозу, как в прошлый раз, клянусь я не совершу ту же ошибку, позволив тебе жить и сожалеть об этом. Мы поняли друг друга?

— Как ты смеешь так со мной разговаривать?

— Очень легко, как это бывает. Теперь ты будешь хорошим прокуратором и будешь вести себя прилично, если знаешь, что для тебя хорошо.