Читаем Смерть императору! полностью

Он быстро огляделся и увидел, что враг прячется в тени и не делает попыток приблизиться к храмовому комплексу. Перекинув ногу через парапет, он спустился вниз и подошел к корзинам. Он остановился у ближайшей, схватил складку ткани и поднял ее. Внутри было несколько голов. Ему потребовалось мгновение, прежде чем он узнал лицо одного людей конного эскорта, сопровождавшего эвакуированных из колонии. Ужас сковал его сердце, и он почувствовал, как тошнота сжала горло. Он ходил от корзины к корзине, разрывая ткань и торопливо осматривая головы внутри. Все оказались людьми из эскорта, включая Кальдония. Он с отвращением отбросил последний кусок ткани, затем вернулся к лестнице и взобрался обратно на стену, прежде чем двое ветеранов подняли лестницу и опустили ее на территорию комплекса.

Венуций с тревогой повернулся к нему.

— Кто они? Сильваний и его люди?

Макрон покачал головой. — Это Кальдоний и его парни.

— Кальдоний? — Выражение лица Венуция внезапно изменилось на выражение ужаса. — А наши женщины и дети?

— Я никого из них там внизу не видел. — Макрон кивнул в сторону корзин. — Должно быть, он увел их достаточно далеко по дороге, прежде чем повернуть назад, чтобы присоединиться к нам.

— Ты приказал ему отправиться в Лондиниум, если восставшие доберутся до Камулодунума до того, как он сможет прорваться, — заметил Аполлоний.

— Тогда он и его люди, должно быть, попали в засаду на обратном пути, — лаконично ответил Макрон, прежде чем понизить голос, чтобы его могли слышать только двое других офицеров. — Это та история, которую мы будем рассказывать нашим парням. Им нужно верить, что их семьи в безопасности. Я не могу позволить, чтобы их отвлекло горе. Кроме того, есть все шансы, что Кальдоний благополучно увел семьи и попал в засаду только на обратном пути сюда, как я уже сказал. Вот во что я хочу верить. Мне нужно верить, что моя Петронелла жива.

— Так чьими головами мы их назовем, если нас будут расспрашивать? — спросил Венуций.

— Сильваний и его группа. Это то, что вы будете говорить парням, — твердо сказал Макрон.

Аполлоний кивнул, а Венуций отвернулся и прошипел: — Дерьмо.

— Венуций, это приказ, понимаешь?

Центурион на мгновение замер, а затем кивнул.

— Хорошо. Давайте убедимся, что парней накормят, прежде чем они отправятся на стену. Мы знаем, что замышляет враг. — Макрон жестом указал в сторону, откуда раздавались звуки распиливания и стук молотков. — Они выдвинут лестницы и таран, как только будут готовы. Я буду держать Ульпия и его людей в резерве, чтобы затыкать любые бреши или контратаковать любые прорывы, если у них получится, на стене.

Он посмотрел на усталых ветеранов, суетившихся на территории храма, и попытался придумать слова поддержки, чтобы приободрить своих подчиненных. Катон нашел бы, что сказать. Правильные фразы, чтобы поднять настроение другим людям, независимо от того, какие у них были шансы. Макрон по очереди сжал предплечья. — Пусть боги присматривают за нами, а если нет, то пусть они себя трахнут. Мы позаботимся о себе сами.

— Говоришь, как истинный философ. — Аполлоний устало усмехнулся, прежде чем они разошлись, чтобы занять свои позиции вдоль стены.

Повстанцы продолжали собираться на улицах вокруг храма до конца утра. Они начали выкрикивать боевые кличи и взметать вверх оружие, пока их лидеры двигались среди них, пробуждая дух воинов перед началом атаки. Незадолго до полудня крики усилились и слились в оглушительный рев приветствий.

Макрон взобрался на крышу сторожки храмового комплекса, чтобы хорошо рассмотреть широкую улицу, ведущую к обугленным остаткам Лондиниумных ворот. Руины были расчищены, чтобы облегчить доступ через открытую площадку к храму. Толпа бриттов заполнила окрестности, дико ликуя, размахивая оружием и поднимая головы ветеранов, которые они взяли в качестве трофеев. В центре толпы стоял отряд всадников в зеленых плащах, блестящих шлемах и кольчужных доспехах. В центре их гордо стояла на колеснице безошибочно узнаваемая фигура Боудикки. Она тоже носила кольчужный доспех и держала копье, которое она подняла, приветствуя одобрение и поддержку своих последователей. Колесница остановилась, и она раскинула руки, призывая толпу к порядку. Постепенно возгласы стихли, и мятежники молча ожидали ее слов. Она начала говорить, подчеркивая свои слова жестами, направленными на территорию храма.

Макрон повернулся и увидел, что Аполлоний поднимается, чтобы присоединиться к нему. Мгновение спустя они стояли бок о бок, наблюдая, как Боудикка разжигает страсти своих людей.

— Триста шагов, плюс-минус, — сказал Аполлоний. — Я мог бы попробовать выстрелить отсюда. Если я смогу сразить ее, это может сильно ударить по их моральному духу.

— С тем же успехом твой выстрел мог бы еще больше разжечь его, — ответил Макрон. — Оставь это. Скоро у тебя будет много более легких целей.

Они продолжали смотреть, прежде чем Аполлоний снова заговорил.

— Стук прекратился.

— Они скоро придут. Я увидел достаточно. Давай готовиться.