– Я всё ещё могу идти сама, – проворчала. Что за любовь у него таскать меня на руках?

– А я всё ещё могу тебя носить, – хмыкнул викинг.

– И тебе не противно? Внешность-то не изменилась. Ты даже смотреть на меня не мог. Общался сквозь зубы.

– Изменилась. Я с первых же дней видел тебя. А сейчас ты совсем не напоминаешь Торвику.

– Не правда, – воскликнула и, наконец, обрела почву под ногами.

– Правда. Моя сущность сразу же почуяла подмену. Только глупый мозг не мог сопоставить факты, – ответил Бъёрн, придерживая за талию.

– Значит ли это, что императоры тоже могут почуять подмену? – прищурилась.

– Такое вполне возможно. Но все проверки ты пройдёшь с лёгкостью и докажешь кровную связь. Пока они не выпустят при тебе ипостась, не смогут понять до конца. А правдоподобную историю твоих изменений мы объясним. Доверься нам.

Обдумав сказанное, кивнула. Деваться-то некуда. Бъёрн улыбнулся и выпустил меня.

– Переоденься, мы подождём тебя в гостиной, – дознаватель показал на дверь в смежную комнату и оставил одну.

Только сейчас заметила новую локацию. Спальню Торвики. Обалдело покружилась и передёрнула плечами. Что за любовь к красному и чёрному?

Одна стена вся была чёрного цвета, две другие красного. Под ногами шкура неизвестного животного, тоже чёрного цвета. Четвёртая стена кирпичная, со встроенным камином. Тоже чёрного цвета. В центре спальни кровать. Аэродром. По-другому это лежбище не назвать. С массивными столбиками, с которых свисают непонятные цепи. На окнах тяжёлые занавески, чёрно-красные. Также имеются три двери. Одна ведёт в купальню, вторая в гардеробную, ну и третья – выход в гостиную.

Гардеробная, кажется, больше, чем спальня. На вешалках тяжёлые и вульгарные платья, на полочках откровенное бельё. В самом дальнем углу, между ну очень специфическими костюмами, заметила очередную дверь. Подвинув вешалки, распахнула. За ней шла винтовая лестница вниз.

Меня пронзила одна догадка, выбежала из гардеробной и влетела в гостиную. Троица мужчин тут же вскочила с дивана и кресел. Видно, они только устроились вольготно.

– Там в гардеробной дверь и лестница. Вдруг убийца ушёл оттуда? – затараторила. Бъёрн быстро отодвинул меня и прошёл в спальню. Мы поспешили за ним.

– Вот стерва! – рыкнул дознаватель.

– Эй! – возмутилась, подумав на себя.

– Не ты, – пробурчал, извиняясь, и погладил по предплечьям. – Ты выбрала наряд?

Замотала головой, мужчина сам схватил одно из платьев, вручил мне и выпроводил. Попросил сюда не заходить и переодеться в ванной. Мало ли что я увижу в этих катакомбах Торвики. Не хочет он травмировать мою нежную психику и ранимую душу. Они обе и так травмированы и расшатаны. Но спорить не стала. Оставив мужчин разбираться, спряталась в купальне.

Платье оказалось очень открытым, но задрапированным тёмным сетчатым материалом с узорами. Так что не совсем всё напоказ. Декольте глубокое, прямо до самого пупка. Чашечки еле прикрывают грудь, а жёсткий корсет на крючках сдавил талию, что дышать невозможно. Благо юбка двойная, широкая и со шлейфом. Мне было очень неуютно. Я крутилась у зеркала в пол, разглядывая наряд. Нет, платье моей внешности очень идёт, просто не привыкла к таким откровенным вещам. Увидь Толик, в чём я тут щеголяю, прибил бы на месте.

Чёлку я заколола наверх, придав немного объём. Правда, волосы всё же обрезаны неровно, и ничем не скрыть их. Разве что платок надеть. Но вряд ли Торвика покрывала хоть чем-то голову. Плюнув, выглянула обратно в спальню. Мужчины нашлись там же. Двое из них вскочили и уставились на меня с горящими глазами. Один даже грыкнул и запыхтел.

– Всё так ужасно? – промямлила.

– Ты выглядишь как Торвика, – сухо заметил Арчибальд и вынул из шкатулки, стоящей на туалетном столике, массивные серьги с красными каменьями. – Нужно закончить образ.

Кивнув, подвинула ирлинга и села перед зеркалом. Пока я красилась, мужчины рассказали свой план. Всё до банального просто. Меня выкрали и хотели добить. Но я воспользовалась магией и сбежала. Нашла Элора и, боясь за свою жизнь, попросила политического убежища. Письма не отправила. Опять-таки страшилась за свою жизнь. Ведь императоры были далеко, а Бъёрну и Азеру не доверяла. И вообще, они не моего поля ягоды, чтобы им письма слать.

Получилось вполне складно. Остальное мужчины обещали уладить сами. Мне главное из образа не выходить, а лучше прикинуться уставшей и больной. Ага, больная, уставшая графиня не ходит в фривольных платьях и накрашенная, как куртизанка. Во всяком случае, в моём понимании. Но спорить не стала. Расправила плечи, ещё раз посмотрела на отражение и, отправив саму себя к чёрту, вышла из мрачной комнаты.

Глава 23

Всю дорогу до дворца императоров я запоминала их имена и наматывала на ус, как себя с ними вести. Не уверена, что получится сыграть взбалмошную, капризную кровавую графиню. Да и страшно, что обман раскроется и меня тогось. Прибьют, ага.