Читаем Смена климата полностью

Февральская Луна оказалась белой, белоснежной, с холодным голубым отсветом, который Хасан списал на особенности освещения. Казалось, она парит над вершиной, выше самых высоких сосен, едва касаясь тверди. Но в действительности первый этаж до половины утопал в земле, выступая из склона плавным полукругом, а второй, просвечивающий насквозь огромными стрельчатыми окнами, располагался не настолько высоко, чтобы не быть скрытым деревьями. Получалось, что увидеть дом можно было только отсюда, с аллеи, ведущей прямо к крыльцу.

И еще сверху.

— Крыша закамуфлирована. Если соблюдать светомаскировку, то дом вообще не найти, — тут же уведомил Заноза. — Я не нарушаю магию момента, нет?

— Вон из моей головы!

— Пойдем, — в ответ на отповедь Хасан получил лишь сияющую улыбку, — посмотришь на нее поближе.

Это был большой дом. Действительно, большой. И очень красивый. Даже без обстановки. Пустой холл, просторный, как теннисный корт, широкие лестницы, громадные залы с высоченными потолками. Мозаика паркета и резное дерево стен перемежались матовой белизной мрамора, гладкостью шелковой обивки, шершавой теплотой гобеленов, потом камень и ткань снова уступали место дереву.

— Не многовато окон для замка Дракулы? — спросил Хасан, чтобы рассеять впечатление. Дом зачаровывал не хуже самого Занозы.

— Они закрываются щитами, если надо. В каждом зале есть пульт управления. Вручную тоже можно, — добавил Заноза невинно, — некоторые просто не созданы для пультов, да? Но, так-то, внешняя часть — для живых, а для мертвых — все, что под горой. Там тоже дофига места. И тоннель из гаража до взлетной полосы.

— Я хотел запереть тебя в сейфе, — голос отдавался эхом в гулком мраморном просторе, — и ты согласился. Мальчик мой, да ты бы там рехнулся, у тебя же клаустрофобия в острой форме.

— Последние сорок восемь лет я обитал в склепе. Правда, это был большой склеп. Трехэтажный и… кхм… с тоннелем.

— Тоннели ты любишь, это я еще в Англии понял.

— Я осторожный.

— О, да.

— Тебе может понадобиться разместить здесь тридцать человек. Поэтому столько места. Мы еще хрен знает сколько времени будем в состоянии войны со всеми, мало ли, как сложатся обстоятельства.

— Ты не купил этот дом, — сказал Хасан. — Ты его построил. Надеюсь хотя бы не замуровал строителей где-нибудь здесь же, в подвалах, как дополнительную защиту от землетрясений?

— Это не в английской традиции. Они просто помнят, что строили другой дом в другом месте. По закупкам, перевозкам, оплате счетов и расходам нас тоже не найти. Прятать все это я умею почти так же хорошо, как стрелять. Или даже без почти.

— Что привело нас к ключевому вопросу.

— А его обязательно задавать?

— Не обязательно. Можешь сразу ответить.

Заноза смотрел снизу-вверх, глаза под белыми ресницами казались не синими, а голубыми. Непривычно. Странно.

— Ты никогда не спрашивал, сколько у меня денег. Даже не интересовался, есть ли они. Поставил на довольствие сразу, как только решил спасти, и с тех пор обеспечиваешь всем необходимым.

— «С тех пор» мы вместе выполняли контракты мистера Алаа, и свое обеспечение ты заработал.

— Да я не спорю. А ты не будешь спорить с тем, что не спрашивал. Хасан, там одиннадцать цифр без запятых. Я просто… за сто два года не придумал занятия интереснее, чем делать деньги. То есть, я люблю движуху, не вопрос, пострелять, там, подраться, убить кого-нибудь или вообще всех. Но это не так весело, как придумывать… разное.

— Придумывать разное на миллиарды… чего? У тебя еще есть шанс сказать, что речь идет о какой-нибудь экзотической валюте, вроде цветных раковин...

— Или белорусских рублей. Помечтай! Я предпочитаю фунты стерлингов. Это английская традиция. И ты получил меня целиком, Хасан Намик-Карасар, вместе с моими проблемами и моими деньгами. Надеюсь, второе компенсирует первое. Только не надо думать, что я приобретение сомнительной ценности. Меня, между прочим, мечтает заполучить множество тварей, мертвых, живых, и не живых, и не мертвых.

— Ума не приложу, зачем ты можешь кому-то понадобиться.

— Вот поэтому я с тобой, — сейчас Заноза выглядел чистым ангелом. — Тебе не нужны ни моя кровь, ни мои дайны, ни мои деньги. Я бесполезный подарок, зато самый лучший.

Полностью бесполезный, а потому — бесценный. Только этого не хватало!

— Ты уже взял все, — если б не улыбка, могло показаться, что Заноза ему сочувствует, — так же, как я взял тебя. Просто ты до сегодняшней ночи не проводил инвентаризации.

Им нужен был дом, но Хасан считал, что он уже есть. Для «Турецкой крепости» довольно быстро нашлось подходящее здание, в подвалах которого по лондонскому образцу были оборудованы две дневки со всем необходимым. Обитали они с Занозой не там, обстоятельства не позволяли пользоваться одним-единственным убежищем, поэтому дневки приходилось менять еженощно и бессистемно, заметая следы с помощью Слуг. Но обстоятельства однажды должны были измениться.

И Хасан полагал, что когда обстановка станет менее опасной, они поселятся в «Крепости». Много ли надо вампиру, чтобы переждать день?

Заноза считал, что много.

Очень.