Читаем Смена климата полностью

Хасан знал, что у других его Слуг есть чувство юмора. У каждого свое, но… в среднем по «Крепости» более-менее одинаковое. Арни отличался от всех. Представитель иного поколения, а, с учетом войны — иной эпохи, он так ни с кем и не нашел общего языка. Потом, с годами, потерял возможность общаться со сверстниками. Единственной отдушиной для него стала наука, но и там не все было гладко, ведь даже гениальные математики, как выяснилось, хотят публиковать открытия под собственным именем. И не получают полного удовлетворения, анонимно подбрасывая идеи в научное сообщество. Впрочем, неудовлетворенность своим положением и кругом общения, была не настолько сильна, чтобы Арни отказался от перспективы и дальше продолжать почти бессмертное существование.

Хасан говорил с ним об этом. Ни с кем больше, только с ним. Арни был особенным. Из всех Слуг — единственным, с кем не довелось вместе повоевать, и хотелось верить, что никогда не доведется. Данное когда-то его отцу обещание позаботиться о сыне не предполагало вовлечение парня в военные действия. А еще — накладывало ответственность.

И Хасан не уставал благодарить Аллаха за то, что Арни хотя бы не был хиппи.

Сейчас, глядя на него и на Занозу, он думал, что Аллаха следует поблагодарить еще и за то, что Арни не был панком.

Сегодня Арни взяли с собой, чтобы он помог Занозе разобраться с оборудованием для просмотра видео, если вдруг возникнут какие-то проблемы. Это был официальный повод. Иначе говоря, предлог. Фактически же, выяснив, что прошлой ночью его драгоценной аппаратурой в переговорной пользовался посторонний вампир, Арни рассвирепел, и лишь инстинкт самосохранения удержал его в границах дозволенного Слугам выражения претензий к господину. Содержимое же этого фургона было для Арни дороже всего технического оснащения «Турецкой крепости», включая переговорную. Если б Занозу и сюда впустили без надзора, границы дозволенного оказались бы перейдены, или Арни лопнул бы от возмущения. Хасана не устраивали оба варианта.

— Знаешь, что, чувак, — сказал Заноза, когда понял, что ему навязывается непрошеный консультант, — не у всех мертвяков есть в штате технические специалисты. Я б даже сказал, что не у всех мертвяков, вообще, есть какой-то там штат. Так что некоторым из нас, в отличие от твоего босса, приходится самим вникать, как что работает.

— Босса? — переспросил Арни.

Он смотрел, как Заноза с бешеной скоростью щелкает тумблерами и нажимает на кнопки на пульте, который, вроде бы, видел впервые в жизни, и взгляд его слегка расфокусировался.

— Ну, Турка. Мистера Намик-Карасара. Хрен знает, как вы его называете. Бек? Сахиб? Маса?

— Господин.

— Тоже нормально. Короче, у него есть ты, у меня тебя нет, поэтому я умею все делать сам. Выбирать не приходится, ясно?

— Я думал, вампиры… э-э… консервативны в силу своей природы, — пробормотал Арни после паузы.

— Консервативны, — повторил Заноза с явным удовольствием, и оглянулся на Хасана. — Консервативны... Охренительно, чувак, я уже люблю это слово.

Вот тогда Хасан и подумал, что с Арни ему повезло дважды. Тот не только не был хиппи или панком, он к тому же никогда не ставил своей целью вывести из себя всех окружающих. Выводить-то выводил. Но не нарочно.

А Заноза не ленился прилагать усилия к тому, чтобы всех раздражать.

Правда, именно из-за усилий это и не работало.

Запись на мониторе неслась в ускоренной перемотке, звук сливался в мышиный писк. Арни сунулся было, показать, где настройки скорости, но Заноза помотал головой:

— Так быстрее.

— Определенно, — согласился Арни с теми интонациями, которые нормальные люди используют, разговаривая с сумасшедшими.

На этом в фургоне воцарилась тишина. Арни напряженно следил за Занозой, трое Слуг из состава боевой группы тоже помалкивали, изучали план дома, где ждала засада и иногда поглядывали на белобрысого вампира с легким любопытством. Такое чудо, украшенное и накрашенное, в черной коже и подбитых титаном ботинках, даже на лондонских улицах встретишь нечасто, а уж в мобильной лаборатории «Турецкой крепости» оно вообще не могло оказаться. Однако вот, сидит, пырится в монитор яркими от густо нанесенной на веки туши синими глазами, слушает бессмысленный писк из динамиков. Зачем? Почему? Что он тут делает?

— Не компанейский парень, — Заноза нажал на паузу, и расплывавшееся на мониторе невнятным пятном лицо Сондерса приобрело четкие очертания, — людей ему дали, но командовать ими он не станет. Позиции в доме они будут занимать из собственных соображений. Сондерс на них не полагается, только на себя.

Он снова включил запись.

— Что у него с головой? — шепотом спросил Арни. — Он же и правда что-то там разбирает.

С головой у Занозы было плохо. Но хорошо. Такое плохо, от которого есть польза, пока нет вреда. А тот вскоре снова остановил прокрутку и тоже оглянулся на Хасана.

— Ни хрена не пойму, но мы не туда едем. Мисс Су-Лин не могли оставить с Сондерсом, он на ней слишком сильно сдвинулся. Не стал бы ею рисковать. Либо там нет никакой засады, либо ее держат в другом месте.