Читаем Служил Советскому Союзу! полностью

Слышался топот многочисленных ног, бегущих по переходам, палубам, трапам, сходам. Где-то хлопали люки, двери. Обжимаясь, открываясь или закрываясь гремели кремальеры и задрайки тяжелых дверей и люков.

Послушались доклады с боевых постов:

– Такой-то боевой пост к бою готов. Такой-то командный пункт к бою готов, группа к бою готова, дивизион к бою готов.

На командный пункт связи прибежали командиры дивизионов Женя Гвезденко и Миша Колбасный, старший инженер Сергей Бурыкин, замполит БЧ-4 Леонид Игумнов. Все с волнением смотрели на Мансура.

– Первый дивизион к бою готов – доложил Миша Колбасный.

– Второй дивизион к бою готов – доложил, проходя на диван Женя Гвезденко.

– Радиомастера и трансляторщики к бою готовы – доложил Сергей Бурыкин.

– В кубриках все нормально. Остались только дневальные. А что у нас произошло? – спросил замполит Леня Игумнов.

Все рассаживались на диване, и с волнением смотрели на Мансура, сидевшего напротив в кресле. Первый раз за весь поход, на корабле игралась не учебная боевая тревога, а реальная боевая тревога. Даже, когда корабль облетали вражеские самолеты, все равно это было учебой. Никто даже помыслить не мог, что противник может применить, против соединения кораблей, реальное оружие. Но все же вероятность была.

Мансур с тревогой спросил Макарова:

– Ты чего-нибудь понимаешь из того, что сказал командир?

– Я не понимаю. Может командир решил, что мы, запросили разрешение стрелять по СБД, а это как-то совпало со стрельбой из кормовой пушки? Это все же что-то разъясняет.

Их поста слуховой связи прошел доклад, что квитанция, на переданное СБД, получена. Но это не обрадовало Мансура. Он понимал, что случилось что-то неординарное, чего он предположить не мог. Кормовой зенитный автомат системы «Флаг» выдает 10 тысяч выстрелов в минуту. Может перерезать самолет в воздухе пополам. Заряжается в ленте 6000 снарядов. Если, это выложили все на «Мелвилл», то наверно это очень серьезно.

– Если попали в «Мелвиль», то сейчас уже наверно поднимается авиакрыло на «Мидуэе» – тихо шептал Женя Гвезденко, Мише Колбасному.

– Что шепчитесь командиры? – с побелевшим лицом спросил офицеров Мансур.

– Мансур Умарханович запросите командира, какие к нам претензии – попросил рассудительный заместитель по политической части Леня Игумнов.

– Командиру сейчас не до нас. Понадобимся, сам выйдет – ответил Мансур, но тем не менее, включил громкоговорящую связь и доложил командиру:

– ГКП – КПС. Товарищ командир боевая часть связи к бою готова. Квитанция на переданное сообщение по СБД получена.

Ходовой молчал. Это было странно. Обычно ответ следовал сразу.

– Командир корабля думает, что мы запросили разрешение, и выстрелили не по СБД, а из кормового «Флага» – пытался объяснить старшему инженеру, дошедший раньше всех до истины вопроса, Женя Гвезденко.

– А как это может быть? Мы же ничем не связаны с артиллерией по своим линиям. У них свои комплексы, у нас свои и они никак не связаны. Как мы могли выстрелить по американскому кораблю? – внезапно дошло до старшего инженера Сергея Бурыкина – ведь это международный скандал. Он сейчас имеет полное право нас расстрелять своими «Томагавками», даже если мы в него не попали. Неприятно когда пролетают снаряды, даже рядом. А если еще «Мидуэй» поднимет свое авиакрыло? Война?

– Мансур Умарханович уточните у сигнальщиков, что там и как. Они должны знать и видеть – попросил замполит.

– Сигнальный – КПС – сразу вызвал сигнальный мостик, Мансур.

– Есть сигнальный – сразу ответил старшина команды мичман Мельдонов.

– Николай, что там у вас твориться?

Старшина команды усмехнулся:

– Да паника здесь, ничего не понятно. То адмирал Сатулайнен, то командир, то вахтенный офицер, то флагманские спецы выбегают на сигнальный, мечутся по мостику, разглядывают в бинокли «Мелвил». Кричат на сигнальщиков. Я бы назвал это даже паникой.

– А что «Мелвил»? Мы в него попали? – спросил с дрожью в голосе Мансур.

– Да вроде нет. Очередь прошла над ним, доложили сигнальщики с бортов. Но он сразу отскочил миль на пять назад. Сразу сыграли боевую тревогу. А «Мелвил» поднял направляющие «Томагавков», открыл крышки и развернулся в сторону «Бреста». Сейчас с ним ведут переговоры адмирал Сатулайнен по радио.

Было слышно как включились все линии боевой корабельной трансляции и раздался тревожный голос вахтенного офицера лейтенанта Федюнина:

– Направляющие стрельбовых комплексов не вращать, ракеты не подавать. Все орудия направление в ноль.

Где-то далеко раздался голос адмирала Сатулайнена:

– Вахтенный офицер передайте, чтобы весь личный состав корабля оставался на боевых постах.

– Так, товарищ адмирал, я ведь отбоя боевой тревоги не давал. Поэтому все будут на боевых постах.

– Не пререкайтесь, товарищ лейтенант, – по боевой трансляции, раздался голос тонким фальцетом начальника походного штаба – репетуйте, то, что вам приказал командир соединения. Вы, что не видите, какая сложилась обстановка. Каждую секунду может начаться третья мировая война.