Читаем Служил Советскому Союзу! полностью

– Балуевский взлетает и Красук – отметил, поморщившись, командир, как бы отвлекая Кузьму от разговора и вглядываясь вслед взлетевшим самолетам – был по связи официальный запрос флотской прокуратуры и севастопольского следака из милиции по тебе и Валиеву. Спрашивали, где вы были вчера вечером. Я ответил, как было. Командиру же врать не с руки.

Самолеты пошли в разгон, оставляя темный керосиновый след, в голубом с белыми разводами небе. На палубу вырулила еще одна пара самолетов для взлета. Шум заложил уши.

– Надо чтобы твои знакомые тебя прикрыли, и обеспечили алиби – вздохнув, сказал командир – иначе ведь может быть плохо. Один из этих подлецов, оказался сыном секретаря горкома партии. Представляешь, что они там против тебя могут раздуть? Командующий звонил. Тоже переживает, интересуется. Алиби себе будешь обеспечивать сам. А знаешь, что? Поезжай в отпуск. Как ты? Эх, Кузьма. Хороший ты парень. Не хочу тебя сдавать! И если поедешь – среж наш авианосный знак с груди, пока мы в Севастополе – и махнув рукой, командир повернулся и пошел в ходовую рубку.

С палубы с ревом ушла в небо еще пара самолетов.

Кузьма первым же катером сошел на берег, и к вечеру сидел, со сверкающей от счастья Зиночкой, дядей Васей и Анастосией Петровной в домике стариков в Стрелецкой бухте. Он им рассказал все как есть.

– Так, ты это никуда не ходил. Ты у меня сидел в коморке и ждал Зину в ресторане. Верно, я говорю женщины?

Из глаз Анастасии Петровны полились слезы, и глотая их она выговаривала:

– Ну почему люди не могут жить по правде. Ведь ловили второй год этих «колготок», а теперь Кузенька наш виноват во всем.

– Цыть бабы! Еще раз повторяю, Кузьма, не в чем, не виноват. Сидел в моей каптерке. Отгадывал кроссворды в «Огоньке». Я его попросил. Потом Зина его покормила, напоила чаем, и мы все вместе домой поехали. Весь ресторан может подтвердить. Верно Зин?

– Верно Василий Адамович!

– И если кто из вас, куда и кому кудахнет, то палкой моей получит порцию по спине. Ну, а на худой конец, если деваться будет некуда, возьму все на себя. Я их своей палкой покалечил и все. Пусть кто мне, что скажете ветерану войны и орденоносцу.

Все засмеялись, представив, как дядя Вася воюет своей палкой. Даже Петровна с улыбкой вытерла слезы.

– Мы поедем ко мне – потянула Кузьму за руку за собой Зина – ему же завтра утром в отпуск.

– Так может он у нас останется – робко предложила Анастасия Петровна.

– Цить, дура баба, ты что с печки свалилось, не видишь, что у них дело молодое, сами разберутся, кто где и как будет спать.

И Кузьма и Зиной, распрощавшись со стариками, и с ревом умчались на мотоцикле к Зине.

Через две недели «Брест» возвратился в Севастополь, и первым кто прибыл на корабль, был майор милиции Мастрюков.

Его принял сам командир корабля, они долго пили чай, Командир предложил отобедать, пришлось согласиться. Долго разговаривали на отвлеченные темы, обсудили обстановку в стране и за рубежом.

В конце концов, утомленный горячим кавказским гостеприимством майор милиции Мастрюков предложил выделить помещение и дать возможность переговорить с старшим лейтенантам Валиевем и капитан-лейтенантом Гусаченко.

– Помещение мы тебе майор выдели. Каюта авиаполка подойдет? – спросил командир корабля.

– Да мне все равно, какая каюта – ответил утомленный гостеприимством командира майор.

– А может баньку сначала? У нас знатная сауна, бассейн есть. Хочешь, сходим попариться с веничками эвкалиптовыми?

– Да на работе я, Виктор Александрович.

– Ну, на работе, так на работе – расстроился отказом майора командир корабля, и нажал кнопку вызова вестового.

– Помощника командира ко мне – приказал он, внезапно появившемуся, как из под земли рассыльному.

– Есть помощника командира капитан-лейтенанта Коноваленко – браво ответил матрос и ноги застучали по трапу ведущему вниз.

– А Коноваленко, какого года у вас выпуска? – заинтересовался майор.

– А семьдесят первого Калининградское училище закончил. Тоже побеседовать хотите?

– Нет, спасибо, мне хватит Валиева и Гусаченко. Мне нужны нахимовцы – потянулся, как кот, майор.

Перед каютой командира корабля появился высокий и подтянутый капитан-лейтенант.

– По вашему приказанию товарищ командир – козырнул он.

– Леша выдели каюту авиаполка товарищу майору и обеспечь ему на беседу Валиева и Гусаченко.

Леша повернулся, а затем вдруг сообразив и назад к командиру корабля:

– Так товарищ командир, Гусаченко вы на две недели отпустили в отпуск еще из Феодосии домой на Кубань в станицу Охотскую к родителям. У него там какие-то проблемы вы сказали.

– Товарищ командир как же так, ведь вы были предупреждены – с болью сказал майор милиции.

– Извини майор, запамятовал немного. У него там что-то со свадьбой связано. Не мог не отпустить. Знаешь, сколько дел с этой подготовкой к переходу на Тихоокеанский флот. Ну, через две недели приедет, и поговорите. Две недели ждал и еще подождешь немного.

И майор, взяв папку под мышку, пошел вслед за капитан-лейтенантом в выделенную каюту беседовать с Валиевым.