Читаем Слуга смерти полностью

Они вышли из ресторана «У Генри» под слабый, но непрекращающийся дождь. Том поежился, ощутив пронизывающий холод. Он сумел доесть лишь половину своей порции, склонившись вместе с Хенриксоном над столиком в дальнем углу. Том заметил, что несколько посетителей поглядывают в их сторону. Можно было даже представить, о чем они думают, и это отнюдь не добавляло ему аппетита. Хенриксон был необычно молчалив, и с того момента, когда он в последний раз улыбнулся, успело пройти некоторое время. Возможно, он просто тоже устал, хотя по его виду этого сказать было нельзя. Его движения оставались столь же четкими и точными, он ел быстро и деловито, с легкостью расправляясь с бифштексом из жареной курицы, который он попросил приготовить с кровью, что весьма удивило Тома. Официантку, впрочем, тоже, судя по тому, как она на него посмотрела. Покончив с едой, репортер посмотрел в окно, словно желая, чтобы темнота побыстрее закончилась.

— Ну что ж, — сказал он, пока Том пытался поплотнее запахнуть пальто от ветра, и посмотрел вдоль улицы. — Думаю, пора мне возвращаться к себе в мотель.

Том удивился. Он полагал, что они направляются в бар. Это вовсе не означало, что ему хотелось выпить — дневная прогулка основательно его утомила, а после теплого душного ресторана его начало клонить в сон, так что неплохо было бы и прилечь. Однако он знал, что если окажется в номере один, то сразу же начнет думать о том, чтобы позвонить Саре, а никаких доказательств у него до сих пор не было.

— Угостить вас пивом? — спросил он, тут же почувствовав себя крайне неловко.

— Конечно, — медленно ответил Хенриксон. — Почему бы и нет?

Что-то в его голосе заставило Тома задуматься, не принял ли тот его предложение по каким-то своим причинам, не имеющим ничего общего с желанием выпить или побыть в его обществе. Однако когда они сидели в углу бара «У Большого Фрэнка», в котором никого больше не было, кроме них, репортер чокнулся кружкой с Томом.

— Прошу прощения, если вам показалось, будто я витаю в облаках, — сказал он. — Просто я постоянно ощущаю, как идет время. Это для меня очень важно.

— Знаю, — сказал Том. — Завтра мы его найдем. Обещаю.

— Неплохо бы, — ответил Хенриксон, глядя на дверь. — Но давайте пока выясним, кто нами интересуется.

Повернувшись, Том увидел рослого мужчину, направлявшегося через бар прямо к ним. Он шел не слишком быстро, но весьма целеустремленно.

— О черт, — сказал Том. — Это шериф.

Коннелли и репортер окинули друг друга взглядами.

Затем полицейский переключил свое внимание на Тома.

— Мистер Козелек, — сказал он. — Как я вижу, вы просто не в состоянии отказаться от гостеприимства Шеффера.

— И кто же это был? — спросил Том. — Официантка? Или один из стариков в угловой кабинке?

— Что-то я не пойму, о чем вы, — пожал плечами Коннелли.

— Думаю, он подразумевает, что кто-то сообщил вам, что он до сих пор в городе, — сказал Хенриксон. — И я склонен полагать, что он прав.

— Здесь не Твин Пикс, сынок. Я просто проходил мимо и увидел, как вы вдвоем сюда зашли.

Хенриксон отхлебнул пива и посмотрел на полицейского через край кружки.

— Какие-то проблемы, шериф?

— Я даже не знаю, кто вы такой.

— Я писатель.

— И что писателю делать в Шеффере?

— Пишу большую статью. О туристических достопримечательностях Северо-Запада.

— А мистер Козелек вам помогает?

— Можно сказать и так.

— Никогда особо не общался с писателями, — заявил Коннелли. — По большей части они сплошное дерьмо.

Тому не понравилось, как двое посмотрели друг на друга. Он попытался сообразить, что бы такое сказать, что-нибудь банальное, чтобы разрядить атмосферу. Затем снова послышался звук открывающейся двери, и в бар вошли еще двое, стряхивая капли дождя с волос.

— Привет, — сказала одна из них, женщина.

Том понял, что это врач, которая его осматривала. Она подошла к ним и присела рядом.

— Мелисса, — вежливо представилась она. — Не беспокойтесь — когда мы встретились в первый раз, вы были порядком не в себе. Как вы себя чувствуете?

— Превосходно, — ответил Том.

Позади стоял ее муж. Кивнув Коннелли, он направился к бильярдному столу в дальнем углу бара, У него был вид человека, не привыкшего к вежливым беседам.

— Это хорошо, — сказала Мелисса, глядя на Тома так, как обычно смотрят на своих пациентов врачи: отрешенно-оценивающе, словно подразумевая, что его собственное мнение о состоянии своего здоровья хотя и представляет некоторый интерес, но никак не может служить основанием для диагноза. — Не тошнит? Голова не болит?

— Нет, — солгал он. — Я прекрасно себя чувствую. Спасибо.

— Отлично. О, кстати, на вашем месте я бы не увлекалась лекарственными травами. Никогда не знаешь, как могут подействовать некоторые из них.

Коннелли слегка напрягся.

— С этим мы уже разобрались, — сказал полицейский. — Они не принадлежат мистеру Козелеку.

Хенриксон наклонил голову.

— Что? Лекарственные травы?

Мелисса неуверенно улыбнулась.

— Я нашла несколько пучков в рюкзаке мистера Козелека.