– Меропа, Меропочка, не надо, давай завтра все обсудим, мы устали сегодня оба, – залепетала Айтана, пытаясь отодвинуться от него, – Меропа, давай ты сейчас ляжешь, а я посижу, посмотрю за ребятами, они…

Не дав ей ответить, Меропа вдруг резко заломил ей руку за спину и крепко зажал ей рот ладонью.

– Ну че ты тут устроила, кричишь, упираешься? Разбудить здесь всех хочешь? Вон этот зашевелился уже. Пошли, – подтолкнул он ее к выходу.

Айтана попыталась высвободиться, однако силы были явно неравны. Она бешено затрясла головой, пытаясь укусить Меропу за руку. Айтана несколько раз ударила его ногой, но он этого даже не почувствовал.

Внезапно он отпустил ее. Сразу вслед за этим послышался гулкий звук, затем что-то громко хрустнуло, и по палатке разнесся крик, похожий скорее на вопль раненого животного. Айтана повернулась. Джад сидел, держась одной рукой за край своей койки, а другой обхватив голову Меропы. Он с холодной точностью еще несколько раз опустил лицо врачевателя в сиденье деревянного стула, не обращая никакого внимания ни на его крики, ни на жалкие попытки высвободиться. Когда тело Меропы обмякло, Джад отпустил его и рухнул обратно на кровать.

– Беги, Аланса, беги, – прошептал он едва слышно, вновь удаляясь в свой беспокойный лихорадочный мир.

Несколько легионеров на соседних койках проснулись и уставились на эту сцену, пытаясь понять, что здесь произошло. Везен перевел заспанный взгляд с Айтаны, которая стояла посреди палатки, испуганно придерживая ворот разорванного платья, на неподвижно лежащего на полу врачевателя и наконец на Джада, который продолжал что-то бормотать себе под нос.

– Айтана, беги к часовым и расскажи о случившемся. Не волнуйся, они обо всем позаботятся.

Айтану не нужно было просить дважды. Она побежала.

Глава 14

Облачная сфера

Ксермет медленно открыл глаза. В голове у него шумело, и малейшее движение отдавалось тупой болью в затылке. Он осторожно огляделся по сторонам, слегка прищуриваясь и стараясь не делать резких движений. Постепенно его глаза привыкли к полумраку. Храм какой-то. По всей видимости, языческий. Откуда я здесь?

Неровные отсыревшие стены вокруг него были украшены массивными барельефами, которые заметно выцвели и обсыпались под влиянием времени. Со всех сторон на Ксермета смотрели изображения высоких мускулистых мужчин с обнаженными торсами, которые были одеты в длинные набедренные повязки, доходившие им ниже колена. У большинства из них на головах красовались неоправданно высокие тюрбаны.

Судя по блеклым пятнам, сохранившимся в нескольких местах, когда-то их одежды были ярко-синего, а быть может, даже бирюзового цвета. Все мужчины на барельефах были с длинными курчавыми волосами и пышными, почти квадратными бородами до самого живота. Чуть ниже, на барельефах поменьше, в ряд были изображены различные животные, преимущественно быки. По краям Ксермет заметил двух огромных разъяренных львов с раскрытыми пастями.

Вокруг царил полумрак, и лишь откуда-то сверху проникал яркий луч света, который упирался в неровный пол, покрытый изображениями языков пламени. В темноте этот стройный столб дневного света казался чем-то осязаемым и прочным, словно одинокая колонна, поддерживающая высокий свод. В луче беспорядочно танцевали едва заметные пылинки.

На выгнутом потолке Ксермет разглядел изображения каких-то странных крылатых существ. Некоторые из них, несмотря на размашистые крылья, по виду были людьми, все с теми же массивными квадратными бородами. Другие же имели людские тела, однако звериные головы, навечно замершие в хищном оскале.

Все помещение было неправильной формы, стены, пол и потолок постоянно извивались и не имели четко очерченных границ, перетекая друг в друга шершавыми волнами. В этот момент Ксермет понял, что все эти изображения высечены на стенах огромной пещеры.

Вокруг было тихо. Ксермет приподнялся на локте и не без удовлетворения отметил, что у него ничего не сломано. Во рту было сухо и чувствовался какой-то неприятный горький привкус трав. Ощупав землю вокруг, он понял, что лежит на собственной накидке, накрытый сверху каким-то большим куском материи.

Неподалеку, у изголовья, Ксермет заметил собственные доспехи, аккуратно сложенные в кучу. Теперь глаза его совсем привыкли к скудному освещению, и он разглядел в дальнем углу маленькую лестницу, которая вела к низкому проходу.