— Его называют член, Эшли. И да, возможно, так оно и есть. Почему? Это оскорбительно? Мы же взрослые.

— Нет, я взрослая. Ты же древний. — Она остановилась, чтобы перевести дух. — Почему он здесь? Что ты сделал? Мы возвращаемся, верно?

Она смутно помнила, что Маакс, в больнице, когда они официально познакомились, говорил о том, что его нынешнее невидимое состояние — наказание. Он никогда не рассказывал за что, но у них не хватило времени, чтобы поговорить. Всё произошло так быстро.

Маакс выключил душ и вышел, вода стекала с него на пол. Судя по слабому контуру лица, он был огорчён.

— Я… Я… — Маакс потёр подбородок.

— Маакс! Шестьдесят секунд, — донёсся снизу голос Никколо.

— Чёрт возьми, — проворчал Маакс. — Я его задержу. Увидимся внизу. В шкафу найдёшь новую одежду и нижнее бельё.

О нет. Он не ускользнёт, не ответив на вопросы.

— Маакс, не смей уходить, не сказав… — Она моргнула и он исчез. Дорожка из маленьких лужиц подтверждала это.

Глава 16

Быстро приняв душ и порывшись в шкафу, — Боже, это действительно шкаф? — Эшли надела длинное эластичное красное платье, которое было немного тесновато на её вкус, но гораздо лучше, чем костюм баварца или гигантского плюшевого медведя, который она нашла (ей определённо нужно спросить об этом Маакса позже) и спустилась в гостиную.

Она чуть не споткнулась на последней ступеньке, но удержалась, схватившись за перила. Внизу четверо мужчин, все невероятно крупные, с бледной кожей и необычно тёмными глазами, одетые в кожаные штаны и слегка облегающие майки, сгрудились вокруг этого Никколо и тихо разговаривали. Они были похожи на парней, которые едят осиные гнёзда на завтрак. Или может быть ножи. Несмотря на то, что на улице почти тридцать градусов жары, Эшли задрожала в подобранных к платью красных сандалиях.

— Маакс? — Она отбросила с глаз несколько мокрых прядей.

Его голос донёсся с лестницы позади Эшли.

— Я здесь.

Она подпрыгнула.

— Я думала, ты ждёшь меня там.

Тишина.

— Ты только что пожал плечами? — уточнила она.

— Возможно, — застенчиво ответил он.

Она закатила глаза.

— Я просто пошёл проведать тебя, — объяснил он, — но нашёл это зрелище слишком заманчивым, чтобы отказаться. Кто знал, что смотреть, как женщина одевается, может быть так же сексуально, как смотреть, как она раздевается? Особенно когда она надевает чёрные атласные стринги и такой же бюстгальтер, подобранный самим божеством.

Все мужчины в комнате издали гортанные, голодные, звериные звуки. Хорошо-о-о.

Она покачала головой.

— Мы с тобой поговорим о границах. И кстати… — Она наклонилась к нему и прошептала: — Они… — Она с трудом заставила себя произнести эти слова.

Один из мужчин, худощавый, высокий и красивый, с короткими растрёпанными волосами и тёплыми карими глазами, указал на своё ухо.

— Мы вас слышим. Вампирский супер слух. А вы, должно быть, та самая Эшли. Польщён. — Он поклонился. — Не каждый день женщина убеждает божество показать всему человечеству средний палец. Как вы убедили Маакса сделать это?

— Что? — Она повернулась к Мааксу, во всяком случае, туда, где он стоял в последний раз. Ей действительно нужно надеть на него колокольчик. — О чём он говорит? — Дерьмо. — И они действительно вампиры? Пьют, — она сглотнула, — кровь?

Невидимая рука погладила её предплечья.

— Тебе нечего бояться, дорогая. Эти вампиры хорошие… полные придурки и ребячливые во всех отношениях, включая их пристрастие к драмам Netflix и настольному футболу, но хорошие. Они питаются только теми, у кого злые души.

Что, чёрт возьми, такое Netflix?

— Приятно слышать, Маакс, но, — прошептала она, — нам нужно поговорить. Почему этот вампир называет меня печально известной и добавляет что-то про пальцы? Почему у меня такое чувство, будто нас взяли в плен?

— Маакс, — начал Никколо, — нам действительно пора. Так что, пожалуйста, успокой своего человека.

Эй! Он говорил о ней, как о домашней собачонке.

— Простите, но я не припомню, чтобы проходила какая-то церемония, после который вы, пугающие здоровяки, стали моими телохранителями. И позвольте напомнить, что вы находитесь в моём доме. Хотя он не похож на мой дом, но мне сказали, что он мой. Так что можете чесать свои отростки, потому что я никуда не уйду, пока кто-нибудь не скажет мне, что, чёрт возьми, происходит.

Никколо и его люди просто стояли и смотрели, ухмыляясь, как легкомысленные дураки. Эти вампиры напоминают клоунов. Так жутко!

— Ладно. Вон! Все вы, странные, улыбающиеся мужчины, э-э-э, вампиры, хрен вас разберёшь, просто убирайтесь. — Эшли махнула на входную дверь.

— Джентльмены, я чувствую себя необъяснимо великодушным, давайте дадим им время поговорить. — Никколо взглянул на неё и поднял палец.

— Минуту, и не больше. У меня возникло внезапное желание написать любовное послание Хелене, прежде чем вернусь домой, и у меня уйдёт не больше пят минут. Я обещал дочери, что буду дома к началу «Май литл пони».

Что?

— О. Можно мне посмотреть? — спросил вампир с добрыми глазами.

— Конечно, Сентин. — Никколо пожал плечами и направился к двери — А потом будут Винкс.