Читаем Случайно... Конец полностью

Часть третья: она дотронулась до змеи у него в паху. Без сомнения, его тело воплощение грубой, жёсткой мужественности. Боже. Великолепная картина мужчины в голове мгновенно вызвала реакцию, и, откровенно говоря, Эшли была благодарна за то, что Маакс не умеет читать мысли.

Все тело пульсировало непроизвольными покалываниями острой, чувственной страсти. Пот начал стекать по спине, и жар скапливался в самых интимных местах, в том числе внутри лифчика, под которым уже затвердели соски. Господи!

Никогда в жизни она не чувствовала себя такой взбудораженной. Это безумие. В конце концов, она говорила о парне… ладно, о парне, который был невидим. Но, может, именно это её и заводило. Тайна. Интрига. Она знала о нём ровно столько, что держала разум на длинном-длинном поводке. Её разум создал ложный образ, основанный на фантазиях. Ах!

Вот.

«Я уверена, что он не так горяч, как я себе его навоображала».

Ей остаётся лишь развеять миф. Да, это немедленно погасит тлеющее пламя. Ну, это и возможно, очень, очень холодный душ.

Она достала из буфета стакан и наполнила его холодным чаем из холодильника.

— Хочешь? — предложила она Мааксу.

— Нет, спасибо. Я ем и пью только ради удовольствия.

Последнее слово он произнёс нарочно медленно, глубоким голосом. Удовольствие? Она залпом выпила весь стакан, надеясь, что холодная жидкость погасит обжигающе горячее пламя, которое он только что зажёг глубоко внутри. Она поставила стакан на стойку и повернулась.

— Маакс?

— Да? — Его голос раздался прямо перед ней, заставив подпрыгнуть.

— Нам придётся надеть на тебя колокольчик. — Она приложила ладонь к сердцу. Затем снова почувствовала его сладкое, горячее дыхание на своём лице.

— Зачем мне он? — спросил он низким, соблазнительно мужским голосом. — Тогда я не смогу шпионить за тобой.

Шпионить за ней? Мысль о том, что он наблюдает за ней, была странно эротичной.

— Э-э-э… сколько ты уже шпионил? — прошептала она.

Его дыхание коснулось её уха, и тепло тела проникло сквозь одежду. Он слишком близко.

— Столько же, сколько и ты за мной, мой маленький человечек. Око за око, — прошептал он в ответ. О, ужас! Он видел её обнажённой?

Её первой реакцией было разозлиться, но она обнаружила, что это чувство пересилило нарастающее глубоко внутри вожделение. Желание швырнуть его к стене, сжать ногами талию, и поцеловать с распутной страстью было невыносимо. Она ничего не могла с собой поделать. Ей хотелось раствориться в Мааксе. Эшли хотела знать, каково это — отдаться богу, мужчине настолько непомерно могущественному и запредельно мужественному, что он вполне мог бы воплотить в жизнь фантазии и эротические мечты, которые у Эшли были неоднократно.

Его колючая челюсть коснулась её щеки.

— М-м-м-м… Ты восхитительно пахнешь, — произнёс он. — Кажется, я не могу насытиться.

«Ой-ой. Сопротивляйся! Сопротивляйся, Эшли».

Должна… сопротивляться… сексуальному божеству… на кухне. Почему голос в её голове вдруг зазвучал так, словно капитан Кирк сражался с Горном?

«Так, спроси у него… что-нибудь».

Может, у него плохие зубы или уродливое лицо, как у Горна.

— Маакс? Как… как ты… к-хм, выглядишь?

Он тихо засмеялся.

— А почему ты спрашиваешь?

— П-п-п-просто, — солгала она.

— О-о-о, — произнёс он своим сладострастным глубоким голосом, — я думаю, что это неспроста.

Она почувствовала, как его мягкие, тёплые губы коснулись её рта, вызывая дрожь. О, боже. Он собирается её поцеловать? Она никогда не чувствовала ничего подобного. Его запах и голос… Эх, просто её мечта.

— Хочешь прикоснуться ко мне? — прошептал он. Прежде чем она успела ответить, он схватил её руку, встряхнув.

— Ты ведь не заставишь меня снова прикасаться к твоей пружинке?

Он вновь рассмеялся.

— Полагаю, ты имеешь в виду член. Нет, если только ты сама этого не захочешь. А теперь закрой глаза. — Он притянул её руку к своей щеке.

Короткий вздох со свистом вырвался изо рта Эшли. Прикосновение к нему возбуждало, изголодавшееся по сексу, тело. Она уже начала думать, что Маакс может быть каким-то наркотиком.

— Что ты чувствуешь? — спросил он. Шероховатость. Восхитительная шероховатость. Его угловатая челюсть была покрыта щетиной, и в голове добавилась деталь к идеальному образу мужчину. Затем он провёл её рукой по своему лбу и вниз по носу. Его острота заставила её вспомнить классические черты римской статуи. Затем Маакс поднёс кончики её пальцев к своим губам, мягкие и полные, а нижняя чуть полнее верхней. Ещё один кусочек мозаики. Он прекрасен. На самом деле, идеален.

Эшли вздохнула и опустила руку.

— Что-то случилось? — спросил он.

— Нет.

— Тогда почему у тебя такой расстроенный вид?

«Проклятье. Потому что я хочу тебя. Очень хочу».

Она посмотрела себе под ноги.

— А. Понятно, — сказал он. — Я чувствую запах феромонов, исходящих от твоей кожи. Но тебе не нужно стыдиться своего желания.

— Что? — Она знала, что краснеет. — Я не… хочу тебя, — выплюнула она.

— Да, хочешь. У тебя бешено колотится сердце и крошечные капельки пота на лбу — другие предательские признаки.

О, Боже.