Читаем Сложение сил полностью

— Итак, смотри. Основа липкого спрута — это насыщенная твоей магией водяная структура в виде шара с отходящими от него жгутами. Пока ограничимся всего парой конечностей, если все пройдет как надо, будем постепенно увеличивать их количество и добавлять новые функции. — Доброслава стремительным шагом дошла до самого конца мостков, как наиболее подходящей позиции для магических экспериментов на ниве гидромантии, сунула под нос Олегу свои записи, в которых, однако, разобраться было не так уж и просто. Рисунки твари, отдаленно похожей на огромное головоногое, к щупальцам которого намертво прилипали схематичные силуэты врагов, чтобы быть разорванными на части или утащенными куда-нибудь на дно, были исчерчены множеством поясняющих стрелок, а сопровождавший их текст пестрел исправлениями и примечаниями. В оригинале эти чары действительно заслуживали того, чтобы считаться уровнем младшего магистра. Малоуязвимый для ручного оружия и низшей магии конструкт, создаваемый по образу одного из видов водных элементалей, был способен хоть защищать создателя, хоть атаковать его врагов, махая многочисленными конечностями с силой достаточной для того, чтобы разорвать на части любого пехотинца и некоторую легкую технику. А благодаря возможности самовосстановления при наличии достаточного количества энергии под боком и родной среды, подпитывающей его, он мог проявлять активность часами, непрестанно сокращая число врагов во время длительной морской баталии. И даже на суше такого противника стоило опасаться, поскольку липкость своей плоти и возможность менять форму тела в довольно широком диапазоне позволяла ему надежно сковывать конечности тяжелых големов, душить громадных чудовищ, а также карабкаться по вертикальным поверхностям, дабы устроить засаду и внезапно обрушиться сверху на свою цель. — Создавать ты будешь сразу сферу с отходящими от неё конечностями, причем она должна быть крупной, понял меня? Очень крупной. И проделывать все будешь в одиночку. В прошлый раз все рвануло, поскольку когда мы совместно начали придавать жидкости свойство липкости, то…

— Мряуауу-ау! — Громкий гнусавый вопль, раздавшийся где-то за спиной, заставил чародея вздрогнуть, рефлекторно потянуться за оружием и выронить листы с заметками Доброславы, которые он сжимал в своих пальцах. Однако виновником его испуга оказалось не какое-нибудь жуткое чудовище, а всего лишь домашнее животное, вернее, целых два. Парочка серо-полосатых дворовых мурлык, явившихся не иначе как поклянчить рыбки у сидящих на берегу мальчишек, не нашли места лучше, чтобы выяснить отношения. Соперники стояли друг против друга набычившись, прижав уши, а также поджав хвосты и больше всего напоминали баранов, которые вот-вот начнут бодать друг друга лбами. Притом оба они были из тех, по кому не сразу поймешь, молодой ли это амурский тигр или все же особо крупный колорадский кот. Не то магический фон сказывался, не то в родословной обитателей сибирского поселения присутствовали манулы, мей-куны, а может быть даже и рыси. — Мряуауа!!!

— Пошли вон отсюда, жопы волосатые! — Рявкнул на них во всю глотку Олег, силой мысли заставляя водную гладь вспучиться и вернуть ему обратно разлетевшиеся бумаги. Прыснули во все стороны мальчишки, побросав и удочки, и улов. С визгом «Не надо, папа!» выронившая белье барышня ломанулась куда-то прямо через кусты, утащив на буксире и своего кавалера, и его незадачливого спутника. Возможно, слону в оставшемся после них проломе было бы тесновато, но вот лошадь прошла бы даже шкуру ветвями не оцарапав. Перепрыгивал через препятствия на своем пути старичок в линялом халате, не только умудряющийся двигаться с проворностью достойной чемпиона по бегу на пересеченной местности, но и не выпустивший из рук корзину, наполненную «трофеями». У старушки в наблюдательной вышке непонятно куда пропали спицы и почти довязанный носок, уступив место каске и стальному ростовому щиту с прорезью для ружья, а сама она словно прибавила в росте и вытянулась по стойке смирно, будто гвардеец перед императором. Два серо-полосатых соперника продолжали стоять друг напротив друга, меряясь угрожающими взглядами и грозно поводя пушистыми хвостами. Во всяком случае, до тех пор, пока частично перекинувшаяся Доброслава не испустила грозный рык, заставивший мышеловов живо вспомнить свое место в пищевой цепи и пуститься наутек от злого оборотня, способного проглотить их обоих в один присест. Причем прежние разногласия ничуть не помещали животным драпать бок о бок в одну и ту же сторону, а именно к стенам поселения, где они рассчитывали найти у людей спасение и защиту от страшного котоядного чудовища.