Читаем Сложение сил полностью

— Мистер Коробейников, вы уверены в своем решении провести судебный поединок? Еще раз обращаю внимание на то, что обвиняемый — уважаемый человек, который вдобавок имеет родственников среди военного и купеческого сословия, а также находится под патронажем церкви. И ложные обвинения в его адрес станут довольно неприятным поступком, на который я не смогу закрыть глаза. — Покушение на Олега разбирал не какой-нибудь рядовой жандарм или начальник того полицейского участка, куда утащили неудачливого киллера, а непосредственно начальник жандармерии Владивостока. И он общался с чародеем крайне тактично и вежливо, ведь сотрудниками сил правопорядка в главном порте восточной части России ныне командовал пусть имеющий немало выслуги лет, очень опытный и имеющий не одну награду, но все же подмастерье. Ну а рядовой состав и вовсе периодически пытался отдавать честь зашедшему к ним боевому магу, видимо решая, что это какое-то неизвестное лично им начальство в гости наведалось. — Напоминаю, пытавшийся убить вас преступник мог лгать. Или, по крайней мере, искренне заблуждаться.

— Я с радостью отзову свои претензии, если уважаемый Онфурий согласится на допрос с участием двух независимых менталистов и медикаментов, подавляющих волю. Даже принесу ему свои искренние извинения и компенсирую ущерб из-за потери времени, а также возможного ущерба репутации. — К огромному огорчению Олега, привлечь к ответственности заказчика его убийства иными средствами не получилось. Никаких признательных показаний пойманный с поличным накануне киллер следователям дать так и не смог, так как таинственным образом окочурился спустя примерно час после попадания в одиночную камеру. Судя по полному отсутствию у тела отрубленной чем-то острыми и унесенной неизвестно куда головы, версию с естественными причинами смерти всерьез рассматривать не стоило. И штатный некромант, работающий в годами совершенствуемой лаборатории и потому способный заставить заговорить даже полностью лишившегося тела покойника, не сумел призвать дух усопшего. — Однако, если он продолжит отказываться от проведения тщательного дознания, то я настаиваю именно на проведении судебного поединка, как единственного доступного в данной ситуации способа установить истину моих обвинений.

Вообще-то Олег предпочел бы поговорить с заказчиком своего убийства без слуг закона поблизости. Где-нибудь вдали от людей, чтобы Онфурий лишний раз не стеснялся поведать всю правду о причинах, толкнувших его на попытку убийства чародея. И криков его никто не услышал. Некоторый опыт проникновения на охраняемые территории у него имелся, отключать человеческий организм на любое разумное время маг четвертого ранга умел просто замечательно. Правда, незаметно пронести по улицам Владивостока бессознательное тело виделось не слишком легкой задачей, однако волшебник без сомнения смог бы с ней справиться и чего-нибудь придумать…Увы, вопли пойманного с поличным киллера услышала не только его неудавшаяся жертва, но и десятник жандармов, который поспешил спихнуть с себя тухлое дельце с покушением на истинного мага вышестоящему начальству. А потому о возможности решить проблему неофициальными методами пришлось забыть, и действовать сугубо в рамках законов Возрожденной Российской Империи. Благо писались те одаренными и для одаренных, и чем большй ранг имела одна из участвующих в судебном процессе персон, тем обширнее становились её возможности.

— Это какое-то безумие! Я невиновен! — Истерично взвизгнул невысокий и плешивый мужчина в расшитом серебром темном кафтане, который чем-то неуловимо напоминал не то пойманную крысу, не то уличного кота, застигнутого со стибренной сосиской в зубах. Страх за свою шкуру и отчаянное желание задать деру прямо таки читались на бледном лице, покрытом бисеринками пота. А его левая нога действительно то и дело поднималась в воздух, чтобы топнуть об пол. Онфурий явно пытался подавить эту непроизвольную реакцию, видимо являвшуюся чем-то вроде нервного тика, однако от волнения частенько забывал следить за собой. — Да как вообще можно верить словам этого чернокнижника, который избежал костра лишь по чьей-то ошибке?!