Читаем Сложение сил полностью

— Погонщики, звероловы и прочего рода дрессировщики вроде нас…Только намного более полезные в наземном бою, благодаря тому, что крупнейшие из их монстров могут пободаться на равных с пилотируемым големом, — не замедлился с ответом Густав, тоже внимательно изучавший иллюзию отряда рельсокрадов. Судя по горе железа, которую уже подготовили к транспортировке при помощи мохнатых коров-переростков, данным отрядом к настоящему моменту уже оказалось уничтожено не меньше пяти километров путей. И останавливаться они явно не собирались. — Внешний слой одежды этих типов сделан из шелка проклинающего паука, и потому если какой-нибудь зверь взбрыкнет и попытается их цапнуть, то потом будет полдня кататься по земле, скуля от боли и мечтать об эвтаназии. Трогать их голыми руками или лапами тоже не рекомендуется. От порезов и царапин подобная ткань защищает выше всяких похвал, но пулю или хороший колющий удар не держит.

— А что ты можешь сказать по остальным? — Осторожно осведомилась Анжела. — Я про кащенитов конечно много слышала, но вижу их живьем первый раз…Ну, если не считать Доброславу, но она о своем доме вспоминает весьма неохотно.

— Большая их часть от обычных разбойников не особо отличается, если не считать действительно хороших доспехов, которых почему-то почти всегда больше чем высококлассного оружия. Их легкие походные латы по прочности примерно равны доброй кольчуге, но хорошо сопротивляются магии и вдобавок немного похожи на топоры Олега, поскольку содержат запас жизненной энергии. — Густав знал о чем говорил, ибо прожив не один десяток лет в Сибири раньше неоднократно сталкивался с населявшими лесные дебри язычниками. И даже не всегда в бою. — Только совсем немного, берут её у носителя и заряжаются довольно медленно. Но этого хватает, чтобы казалось бы убитый кащенит не только выжил, но и мог слегка оклематься прямо во время драки и ударить в подставленную спину…Мою маму так убили во время нападения на караван, когда она отвернулась от врага с пробитой головой.

— А забирать подобные артефакты себе бесполезно, — добавил Стефан, стремясь как можно скорее отвлечь отца от неприятных воспоминаний. — Неизвестно, как и почему, но спустя пару месяцев из них уходит вся магия, делая латы хрупкими до крайности. Сами кащениты этого тоже не знают, во всяком случае, рядовые или мелкие вожди. А их старейшин черта с два о чем-то спросишь, они там через одного магистры.

— Кстати, колдунов у кащенитов много, — счел нужным заметить Густав. — Те, которые с посохами и амулетами, просто прежде всего используют в бою именно магию, но и среди остальных как минимум десяток ведьмаков точно есть. Про дрессировщиков вообще молчу, без способностей к направленной эмпатии нормально управлять зверьми или гигантами почти невозможно.

— С этой группой может путешествовать магистр? — Напрягся Олег, который прекрасно знал разрушительные способности орудий своего судна…Но чародей шестого ранга мог выдержать их залп. А после ударить так, что от эрзац-крейсера останется лишь быстро несущийся к земле мусор. Или просто телепортироваться прямиком на борт судна и наполнить его каким-нибудь кислотным туманом, а то и открыть прямо в трюме врата в преисподнюю. — Пусть даже младший?

— Вряд ли, мелковат отряд, да и добыча из рельс сильно так себе… — неуверенно пожал плечами сибирский татарин. — Скорее всего, те из них, кто решил пойти в набег, сейчас штурмуют городки, золотые прииски, окультуренные магические источники и прочую лакомую добычу.