Читаем Слова (сборник) полностью

наши правила таковы:мы настолько с тобой далеки —мы почти что уже на вы.поцелуи – табу. рукине подашь мне уже, увы.если буду мимо идти,даже не повернешь головы.в этом чувствуется твой стиль.все становится чересчур,я внезапно тебя не хочу.меня кроет обычно к весне.поздравляю: и в этот раз.правда, я не умею краснеть.разучилась. давно пора.если встретимся, думай, чтоя забыла твои глаза.и не выдаст естественный тонприпасенного к часу лица,что мне вовсе не все равно.ты обманешься. чувствую. но.наши правила очень просты:ты читаешь мои посты.эти выстраданные словаозначают, что я жива.раз в полгода приветкакдела,да нормально я, бла-бла-бла…существую на этой планете,да. спасибо, что ты заметил.

март 2014

«возможно, мы станем чуть дальше, чем поезда в метро…»

возможно, мы станем чуть дальше, чем поезда в метро,что в разные точки столицы идут в полвторого.возможно, ты даже прочтешь эти недогекзаметрыи гуглить не станешь значения крайнего слова.возможно, однажды проснемся в холодных постелях,нас выпотрошит пониманием: в общем-то, нечегопинать себя жалостью, что не смогли, не успели.а я стану чьей-то шикарной любимой женщиной.возможно, вернутся в моду зеркальные авиаторы.а прошлое не возвращается, будто его чем обидели.мне нравится знать, что в Москве туговато со временем,кинотеатрами…мне не по себе от того,что во мнедо сих пордефицитнелюбви к тебе.

март 2014

«в точности помню, как пахло в той съемной огромной…»

в точности помню, как пахло в той съемной огромной:сладким мужским диором и табаком.смысла уже не имело казаться скромной:там была ночь и виски и мы втроем.помню, как он провоцировал – я смущалась.помню Московский проспект и еще – такси.«кажется, завтра экзамен? какая жалость!»«может, по 50?» – «да, конечно, неси!»мы стали старше. мы предпочитаем вина.я научилась, представь, совладать с лицом.к нам саундтреком теперь подошли бы queen итолько французский и аутентичный шансон.я приезжала легко, оставалась внезапно,все одно время думали – с вами жила.это была смесь беспамятства и азарта,наша с тобой весна на Пяти углах.

март 2014

«я не знаю, что в этом городе хуже…»

Перейти на страницу:

Похожие книги

Поэты 1820–1830-х годов. Том 2
Поэты 1820–1830-х годов. Том 2

1820–1830-е годы — «золотой век» русской поэзии, выдвинувший плеяду могучих талантов. Отблеск величия этой богатейшей поэтической культуры заметен и на творчестве многих поэтов второго и третьего ряда — современников Пушкина и Лермонтова. Их произведения ныне забыты или малоизвестны. Настоящее двухтомное издание охватывает наиболее интересные произведения свыше сорока поэтов, в том числе таких примечательных, как А. И. Подолинский, В. И. Туманский, С. П. Шевырев, В. Г. Тепляков, Н. В. Кукольник, А. А. Шишков, Д. П. Ознобишин и другие. Сборник отличается тематическим и жанровым разнообразием (поэмы, драмы, сатиры, элегии, эмиграммы, послания и т. д.), обогащает картину литературной жизни пушкинской эпохи.

Николай Михайлович Сатин , Константин Петрович Масальский , Семён Егорович Раич , Лукьян Андреевич Якубович , Нестор Васильевич Кукольник

Поэзия / Стихи и поэзия
Жених
Жених

Волей случая Игорь оказывается перенесён из нашего мира в один из миров, занятых эльфами. Эльфы необычные для любителя ролевых игр, но его жизнь у них началась стандартно. Любовь к красавице-принцессе, магия, интриги и война, от которой приходится спасаться в родной мир. Вот только ушёл он в него не с одной невестой, а со всеми, кого удалось спасти. У Игоря есть магия, много золота, уши, в два раза длиннее обычных, и эльфы, о которых нужно заботиться, и при этом не попасться ищущим его агентам ФСБ и десятка других секретных служб. Мир эльфов не отпускает беглецов, внося в их жизнь волнующее разнообразие смертельных опасностей и приключений.

Елена Андреевна Одинокова , Юлия Шолох , Александр Сергеевич Пушкин , Геннадий Владимирович Ищенко , Надежда Тэффи

Любовное фэнтези, любовно-фантастические романы / Поэзия / Проза / Классическая проза / Попаданцы