Читаем Слова и числа полностью

Число 7 в вертикальном зеркале просто поворачивается в другую сторону, но если его записать как разность 8 – I, то зеркальная запись I – 8 означает -7. В этом примере проявляется аналогия зеркального отражения и умножения на -1. Некоторые дроби при отражении в горизонтальном зеркале дают обратные числа:



Римские цифры применяются сейчас редко, но симметрии в них больше, чем в арабских цифрах. Только L=50 не обладает никакой симметрией, все остальные, так или иначе, симметричны. Посмотрите на их ряд и составьте свое мнение о видах симметрии этих цифр и чисел: I, II, III, IV, V, VI, VII, VIII, IX, X, L, C, D, M.


[?-5]

С помощью зеркала и римских чисел можно построить парадоксальную таблицу умножения, в которой дважды четыре – девять, дважды шесть – одиннадцать, дважды семь – двенадцать, дважды восемь – тринадцать. Как это может получаться?

Перевертыши – Антифразы – Антонимы


Словесную игру в перевертыши можно было увидеть в телевизионной передаче «Великолепная семерка». Была когда-то такая развивающая передача. О том, что теперь показывают нам «кривые зеркала» лучше не думать. Некоторое время игра в перевертыши встречалась в газетах «Поле чудес» и «Русский кроссворд», специализирующихся на головоломках. В Интернете можно встретить и другое название перевертышей – антифразы.

Прежде чем разбираться в этом понятии, нужно вспомнить известное из школы значение слова антоним. Слово антоним происходит от греческих anti – против и onyma – имя. Антонимами называют слова с противоположным значением: горячий – холодный, горе – радость, враг – друг, мало – много, всегда – никогда, далеко – близко, до – после. Антонимы – это слова, которые могут обозначать степень признака (тихий – громкий), противоположно направленные действия (поднимать – опускать), точки пространства и времени, расположенные как бы на разных полюсах (верх – низ, поздно – рано).

Рассмотрим разновидности антонимов:

1. В простейшем случае к слову можно подобрать антоним, добавив в качестве предлога частицу отрицания (люди – нелюди, приязнь – неприязнь). Такие пары слов не представляют особого интереса, предложения с использованием таких пар звучат сухо.

2. Следующий вариант мало отличается от предыдущего, разница лишь в том, что предлог замещается, а не добавляется (бессилие – всесилие, симпатия – антипатия, неизвестность – известность).

3. Наиболее интересный случай – разнокоренные слова (легкомысленность – серьезность, запад – восток).

4. В качестве антонимов можно использовать и собственные имена существительные, по сути не являющиеся антонимами (Монтекки – Капулетти), если в контексте заостряется внимание на противоположностях.

Слова, которые обозначают конкретные предметы, обычно не имеют антонимов (шкаф, штора, варенье).

Математика богата антонимами – это знаки, числа, операции:

плюс – минус

положительное – отрицательное

сложение – вычитание

умножение – деление

больше – меньше

делитель – кратное

прямая – кривая

параллельно – перпендикулярно

простое число – составное число

дифференцирование – интегрирование

возведение в степень – извлечение корня.

С литературной точки зрения ни количественных, ни порядковых числительных, противоположных, например, числительному семь или седьмой не существует. Тем не менее, некоторые математические свойства чисел противоположны: четные – нечетные, простые – составные, положительные – отрицательные, дробные – целые.

Интересна еще одна классификация пар слов-антонимов. Рассмотрим две пары антонимов: да – нет, белый – черный. Первая пара – это противоположности отрицания, между ними не может быть промежуточных состояний. Нельзя на вопрос: «Ты пойдешь в театр?» ответить: «Почти нет». В другой паре антонимов, между белым и черным, большая шкала серых тонов с плавным переходом от одной крайности к другой. Это – крайние противоположности, они образуют два противоположных конца целой серии понятий. Попробуйте теперь распределить по двум этим классам следующие пары антонимов: 1. день – ночь 2. полно – пусто 3. лето – зима 4. меньше – больше 5. живой – мертвый 6. достоверно – невероятно 7. теплый – холодный 8. цело – сломано.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Похождения видов. Вампироноги, паукохвосты и другие переходные формы в эволюции животных
Похождения видов. Вампироноги, паукохвосты и другие переходные формы в эволюции животных

Эта книга о палеонтологии – единственной науке, которая способна показать, кем были предки разных существ, населяющих сегодняшнюю Землю. Еще совсем недавно мы даже не подозревали, что киты ведут свой род от парнокопытных, птицы – от динозавров, а жуки и пауки – конечно, через множество промежуточных стадий – от червей с хоботком и коготками на мягких лапках. Да, молекулярная биология может объяснить, кто чей родственник, и доказать, что птицы ближе к крокодилам, чем к черепахам, а киты – к бегемотам, чем к медведям. Но как выглядели эти птицекрокодилы или китобегемоты? Все живое постоянно менялось, все организмы на самом деле были переходными формами и, оказывается, выглядели совершенно иначе, чем можно предположить, изучая современный природный мир. Все эти формы охватить в одной книге невозможно, но попробуем рассказать о самых интересных.

Андрей Юрьевич Журавлёв , Андрей Журавлев

Зоология / Научно-популярная литература / Образование и наука
Современная смерть. Как медицина изменила уход из жизни
Современная смерть. Как медицина изменила уход из жизни

Смерть — самая вечная истина нашей жизни. Кем бы вы ни были, однажды вы наверняка умрете, однако в современную эпоху это происходит по-новому и иначе воспринимается всеми участниками процесса. Молодой американский врач Хайдер Варрайч написал книгу, где постарался дать максимально широкую панораму современной смерти — от молекулярных механизмов программируемой гибели клеток до юридических битв вокруг добровольной эвтаназии неизлечимо больных людей.По сравнению с серединой XX столетия радикально изменились все аспекты окончания нашей жизни — от чего мы умираем, когда умираем, где умираем и как умираем. В результате прогресса медицинской науки и медицинских технологий даже само определение смерти теперь формулируется иначе — что уж говорить о ее экологии, эпидемиологии, экономике и этике. Американская медицина прошла за это время огромный путь освоения новых подходов к смерти и умирающим — путь, на который в некоторых отношениях еще только предстоит вступить России. В своей дебютной книге доктор Варрайч рассказывает о сегодняшних ритуалах смерти и о ее современном языке — и на основе своего опыта лечащего врача в отделении интенсивной терапии крупной американской больницы задумывается о том, что лучше получалось у наших предков и в чем мы явно превзошли их.

Хайдер Варрайч

Зарубежная образовательная литература, зарубежная прикладная, научно-популярная литература / Научно-популярная литература / Образование и наука