Читаем Слова полностью

Глубокое благочестие, ученость, красноречие, всесторонняя деятельность и чуткость в обхождении с каждым привлекли к нему внимание как церковной власти, так и паствы первопрестольной Москвы. 29 июня 1906 года он был посвящен в епископа Серпуховского, викария Московского, продолжая оставаться в Москве. При прославлении святителя Ермогена в 1913 г. ему было поручено произнести слово, несмотря на то, что в нем участвовало около 20 иерархов. Любимый и почитаемый всеми кругами Москвы, кроме, разумеется, враждебных Церкви, он 20 мая 1914 г. назначается епископом Холмским, через два месяца после того очутившись в месте военных действий. В те дни он показал себя мужественным и добрым пастырем русского воина. После занятия всего того края неприятелем, он Церковной властью был перемещен в епархию Кишиневскую, в которой застали его скорбные дни России. Он принял живое участие во Всероссийском Московском Соборе. Именно ему было вверено составление и приготовление чина возведения Патриарха Тихона на пустовавшую свыше 200 лет Патриаршую Кафедру. Он был одним из 5-ти избранных Собором Членов Патриаршего Синода и единственный из них остался в живых.

По отходе Бессарабии к Румынии, он предпочел остаться в Русской Церкви и с Нею пить Ея чашу.

Предуказанный Митрополитом Антонием на Харьковскую кафедру, как достойнейший его преемник, Архиепископ Анастасий, после крушения Добровольческих военных сил, покинул Россию.

С тех пор он делит с русскими изгнанниками их скорби и беды, не отделяясь сердцем, помыслами и всеми действиями от страждущего Отечества и с ним страждущей и гонимой Русской Церкви, одновременно являя свою ревность о распространении и укреплении Православия во всем мipe.

По преставлению Блаженнейшего Митрополита Антония он стал преемником его, уже не в Харьковской епархии, а возглавил Зарубежную Русскую Церковь, раскинутую ныне по всем частям мipa. Ревнуя о сохранении единения и согласия между всеми поместными Православными Церквами, он проявляет высшую степень миролюбия, смирения и уступчивости до возможных границ, но в вопросах чистоты и благочестия он непоколебим. Особенно страдая душой за терзаемую Советской властью Русскую Церковь, иерархию которой власть тьмы старается использовать в своих целях, он решительно и твердо ограждает Зарубежную часть Русской Церкви от влияния той власти. В скорбные дни российских беженцев, когда их выдавали на расправу власти, от которой они спасались, он явился их утешителем и защитником, делая все возможное для их сохранения, лично посещая и духовно укрепляя их. Ныне, находясь в Америке, он продолжает стоять на страже Русского Зарубежья, борясь со всеми соблазнами, откуда бы они ни исходили. К пятидесятилетию своего архиерейства он стал всемiрно известным иерархом, стоящим на высоком свещнике Православной Церкви.

Стойкий Архипастырь, духовный вития, как магнит притягивающий к себе сердца тех, кто желает остаться в Зарубежье сыном Русской Православной Церкви и за то терпящих всякие хулы и клеветы от врагов Ея — наш Первоиерарх.

В день пятидесятилетия его Архиерейского служения вознесем о нем усердные молитвы, а к тому дню послем ему наши приветствия как свидетельство нашей верности указываемому им пути.

1956 г.

К кончине архиепископа Виталия

В понедельник Крестопоклонной седмицы, 8 марта 1960 г. в Бозе почил Высокопреосвященный Виталий (Максименко), архиепископ Восточно-Американский и Джерзиситский.

Почивший иерарх являлся великим Церковным деятелем и крепким столпом Православной Церкви Русской. В молодости болевший и близкий к смерти, он после пострига его в монашество «отцем монахов множества», впоследствии митрополитом Антонием (Храповицким), окреп телесно и духовно и действительно оправдал полученное им при постриге имя «Виталия», что означает «жизненный». Полон духовной жизни, он проявлял ее в своей кипучей деятельности на пользу Православной Церкви и ее чад, а также на благо Православной России и Русского народа. Занимая должность заведующего типографией Почаевской Лавры, он явил себя крепким борцом за Православие, ревнуя об укреплении в православной вере окрестного населения и о возвращении в него отторгнутых в унию сынов Червонной Руси.

В дни первой смуты он сплотил жителей юго-западной Руси для отпора смуте и в верном стоянии за Веру, Царя и Отечество. В те дни он явился действительным вождем духовным и народным. После крушения Российской Державы он подвергался опасности жизни за свою прошлую деятельность, но смог выехать в Зарубежье, где продолжал свое служение.

Основанная им обитель преподобного Иова Почаевского и восстановленная при ней типография имели значение не только для Пряшевской и Карпатской Руси. Им предпринято печатание богослужебных книг в Зарубежье, и других вероучительных и душеполезных изданий, которыми обогатилось все Зарубежье, вне зависимости от разделения, что дало возможность повсеместно совершать богослужения.