Читаем Слон полностью

И говорит Господь: «Постыдились бы!» – и Адам и Ева устыжаются. «Ладно, давайте одевайтесь!» – фыркает Господь и повелевает им отлепиться друг от друга. Оба повинуются, и вслед за этим отбирает Бог у Евы имя ее и усыпляет Адама. И когда Адам засыпает, Господь расчленяет Еву, и замешивает так, что остается только ребро, и вспарывает грудь Адаму и возвращает ему ребро это. И Бог отрекает имена всем скотам, и птицам небесным, и всем зверям полевым, и говорит Господь Бог: на этом этапе человеку будет хорошо одному, и если хочешь – можешь поесть яблоки, Адам. И Адам ест. Когда же Адам доедает, Господь выписывает его из Эдемского сада и забирает имя у реки Евфрат. Вслед за этим безымянными становятся Тигр, Геон и Фисон. И перестает Рай орошаться. И вырубает Господь все деревья (и древо жизни, и древо познания, и древо зла). И, казалось бы, можно на этом остановиться, но не тут-то было: Господь подзывает к себе Адама и говорит: «Извини, чувак, все это было плохой затеей. И Господь кремирует Адама. И делает так, что опускается пар и больше не поднимается над всей Землей. И, разобравшись с людьми, Бог берется за землю, которую тотчас высушивает, и выкорчевывает всякую траву, и полевой кустарник, и отменяет выходные. И не становится седьмого дня, и остается шесть. И видит Бог, что все, что он создал, не очень. И пока есть утро, и еще есть вечер. И забирает Господь пищу у животных, и забирает души их себе, и запрещает Бог всяким тварям размножаться, и деблагословляет их. И не становится человека, и ни мужчины, и ни женщины, и не становится зверей земных и гадов. И шестого дня, кстати, тоже не становится. И начинают падать птицы с неба, и вода делается мертвой. И кончается день пятый, а за ним и четвертый. И погасают светила. И сливаются день и ночь. И не становится ни дней, ни годов. Ни земли, ни неба, ни морей. И если быть до конца откровенным – вообще ничего не оставляет Господь, кроме себя и тьмы над бездною. И, взглянув вокруг, молвит Господь: «Так-то лучше»…

И Анна целует Макса.

О том, что она вышла замуж, Павел не знает. Добрый самарянин решает, что эта информация помешает его клиенту сосредоточиться на защите, а потому всякий раз предлагает концентрировать внимание исключительно на процессе. Добрый самарянин предсказывает, что сражаться будет довольно сложно, и все же – на первом этапе главная задача избежать смертельного наказания, а если уж это удастся – можно будет работать дальше.

– Вы могли бы передать это письмо Анне?

– Но ведь это чистый лист?

– Именно! Могли бы вы запечатать его в конверт и передать ей? Она откроет его и поймет, что я предлагаю начать все с начала…

– Хорошо, – отвечает Добрый самарянин и не может признаться даже в том, что Анна не читает писем.