Читаем Слой 3 полностью

Они обнялись с бородатым; Валерий Павлович бодро вскочил и церемонно расшаркался; Андрюша Сигалов ограничился сидячим полупоклоном. Главный нефтегазовский охранник Чемагин, возившийся в дальнем углу с кофеваркой, отдал честь левой рукой. В комнате было свежо и солнечно, пахло дымком из камина и смолистым деревом от новой стеновой обшивки.

– Я спрашиваю: зачем себя показал? Квалификации моих людей не доверяешь?

– Доверяю, – сказал Кротов.

– Тогда в чем же дело? Любопытство обуяло? Давно не видел, как людей допрашивают?

– А я этого никогда не видел.

Кротов уселся в свободное кресло и через плечо посмотрел на Чемагина, тот кивнул: сейчас, почти готово.

– Сусоеву надо было дать четко понять, кто именно интересуется вопросом. Иначе он бы черт-те что подумал и врал бы с испугу напропалую. Вот и пришлось... показаться.

– Я недоволен, – сказал бородатый. – Понимаю, однако недоволен. Нам не нужны осложнения.

– Осложнений не будет.

– Сняли вопрос, – резюмировал Юрий Дмитриевич и прошелся по комнате, поддергивая джинсы за ремень.

– Давайте сразу о главном. У тебя печать с собой? Отлично. Андрюша, передайте Сергею бумаги, пусть бегло ознакомится.

– Бегло? – Кротов откинулся в кресле. – Бегло я не умею.

– Вы почитайте, Сережа, – примирительно сказал Валерий Павлович. – Будут вопросы, мы все объясним.

Сигалов потянулся через валик дивана и уронил на колени Кротову пластиковый конверт с бумагами. Кротов вскрыл клапан, достал бумаги и принялся читать.

Бумаг было две. Первая являлась распечаткой договора между компанией «Севернефтегаз» и акционерным обществом «ИТЭК» о продаже нефти за рубеж в счет платежей городу за недропользование. Кротов посмотрел на дату подписания: конец прошлого месяца. Против фамилии Вайнберга стоял сигаловский росчерк. Кротов не в первый раз читал такие документы и наметанным глазом прошелся по ключевым разделам договора. Ничего сомнительного, если не считать даты и подписи. Он хмыкнул и взял в руки вторую бумагу. Внешне все выглядело пристойно и убедительно: в связи с тяжелым бюджетным положением город просил акционерное общество «ИТЭК», оператора сделки по купле-продаже нефти, произвести форвардную оплату причитающейся городу суммы в рублях по курсу на момент заключения сделки. Даты на обоих документах совпадали, подпись Слесаренко отсутствовала.

– Почему «ИТЭК»? – спросил Кротов. – Раньше мы с ними не работали.

– Ответ прост, – сказал Юрий Дмитриевич. – У них есть деньги, у других их нет.

– И они действительно выплатят городу полную сумму?

– Завтра же, если нынче я передам по факсу подписанный договор. Впрочем, нет, не завтра, а через неделю, по завершении визита дражайшего товарища Слесаренко. Это ведь должно выглядеть как его личная победа, не правда ли? Побывал в столице, нажал на рычаги, дал кому надо в морду, вот город и получил свои денежки. Красивая картина?

– Очень красивая. Только один вопрос: а как же немцы? Мы им черт знает сколько нефти задолжали по бартерному договору. Вайнберг уверял меня, что свободной нефти нет, а тут триста тысяч тонн. Откуда что взялось? И если взялось, почему немцам не качаем? Мне и так уже стыдно с ними разговаривать.

– Немцы подождут, – пренебрежительно бросил Сигалов.

– Но они требуют залог!

– Они его получат, – сказал Юрий Дмитриевич. – Согласован вопрос о передаче им в качестве залога принадлежащего компании пакета ГКО.

– И немцы верят этим бумаженциям?

– Они верят государственным краткосрочным обязательствам. Государственным, заметь! У них принято с уважением относиться ко всему государственному. Сняли вопрос?

Кротов подумал и утвердительно кивнул. В конце концов, почему бы и нет, если тупые немцы согласны. А городу деньги нужны позарез, особенно сейчас, на грани выборов...

– Хорошо, – сказал он, – принимается. Слесаренко в курсе?

– Конечно же, нет. Это станет приятным сюрпризом. Да и тебе, Сережа, не мешает продемонстрировать начальнику, как ты умеешь работать.

– Премного благодарен, – Кротов усмехнулся и достал из кармана авторучку. – Подписываем.

– Печать не забудь, – сказал Сигалов.

– Где у вас факс? – спросил Валерий Павлович, забирая у Кротова бумаги. Чемагин брякнул по столику кофейным подносом и указал глазами в потолок.