Читаем Слезы Банши (СИ) полностью

   - Я уже успокоилась, - заверила Сирил, но Илия коснулась её лица своими тоненькими пальцами, а когда показала их, то девушка разглядела на них капельки собственных слезинок.

   - Ты расстроена.

   - Но почему? - вмешалась Мей, озорно оглядываясь на Клемента, - Ты же всегда недолюбливала людей, хотя и стояла на их защите.

   - Я всегда любила людей, Мей. Для меня потеря такого человека, как Клем всегда огорчительно.

   - Я чего-то не понимаю, Сирил. Ты говоришь с безразличием, но я чувствую, что ты что-то задумала. Знать бы только что?

   Лицо Илии приняло выражение присуще её положению, но сквозь эту маску, девушка разглядела замешательство, никак не свойственное главенствующей банши. Вопрос был задан, Сирил не могла не солгать или увильнуть:

   - Я решила узнать, что стало с моей семьёй. И если ты, Илия, разрешишь, я сделаю всё, чтобы найти их. Я больше не могу сдерживать желание, увидеть Клиффорда.

   После того как Клемент напомнил о прошлой жизни, Сирил с тех пор ощутила потребность почувствовать любовь, которую она не чувствовала уже давно. Стоя напротив Илии в ожидании согласия или отказа, она волновалась третий раз в своей мёртвой жизни банши. Да, похоже, Клемент плохо на неё влиял.

   - Илия, ты разрешаешь мне сделать это?

   Банши не задумывалась:

   - Да, Сирил. Я разрешаю.

Глава двадцать пятая.

   За последние несколько дней Сирил произнесла не больше двадцати слов, в то время как Джеральд и Говор, а иногда и Амфри, тарахтели без умолку. Их слишком громкие голоса, распугали всех живых существ, находившихся на пути. Сирил даже понять не могла, как этих людей могут называть охотниками. Даже Клем с его потребностями шёл тише. Девушку обуревал гнев, Говард начинал задавать вечные вопросы, ответить на которые Клементу просто не хватало сил. Всегда в эти мгновения, девушке хотелось поддержать мужчину, чтобы он не упал, но вовремя останавливалась и предоставляла охотникам поддержать друга. Хотя, он с каждым днём крепче держался на ногах, всё так же продолжал выглядеть ужасно. Конечно, за прошедшие пять суток к его израненному лицу уже можно было привыкнуть, но что будет, когда он вернется в свой город... Что скажет его невеста? Возненавидят ли люди Банши ещё сильнее?

   Эти вопросы начали пугать Сирил ещё сильнее, когда на горизонте уже виднелись ворота родного города.

   Ветер донёс до неё запах свежей выпечки и в голове ручьём заструились воспоминания. Когда-то давно, Тарина, кухарка в доме отца, готовила настолько вкусные булочки, что Сирил приходилось бороться за них с братом.

   Клиффорд. Может быть после того, как она увидит брата, то мысли о семье наконец отпустят её? Сирил медленно опустила голову, чтобы не видеть искушающую картинку.

   - Ты волнуешься.

   Девушка вздрогнула, ощутив, насколько горло Клема охрипло.

   - Тебе нельзя напрягаться. Лучше бы нам сделать привал, - девушка оглянулась, пытаясь найти хорошенькое местечко для отдыха.

   - Брось, Сирил. До города осталось всего лишь минут сорок быстрой ходьбы, - Клем кивнул головой в сторону ворот, но внимание Сирил привлёк лес. Там был её дом, Болото и сёстры. Мужчина, заметив нерешительный, почти мечтающий взгляд, шагнул вперёд, обращая на себя её внимание:

   - Ты хочешь вернуться?

   Сирил долго смотрела в его глаза, скользнула по ранам на лице, и уверенность в своём решении в ней моментально окрепла:

   - Нет. Я не вернусь, пока вы не окажетесь в безопасности. Я же обещала тебе, Клем, что за твою помощь, стану защитницей твоей семьи.

   - Интересно, ты всегда рвёшься защищать тех, кого ненавидишь, - улыбнулся Клем, и Сирил, видя эту улыбку, сама улыбнулась в ответ:

   - Только тех, кто взаимно ненавидит меня и периодически напоминает об этом.

   Слова Сирил внезапно отрезвили насмешливое настроение Клема. Он смотрел в лицо банши без улыбки, но глаза сияли внутренним возбуждением. Заговорил он голосом, отражающим всю серьезность его слов:

   - Я больше не чувствую к тебе ненависти, Сирил. Мне даже кажется, что ты больше человек, чем кто-либо.

   - Ты уже говорил об этом. А я говорила, что ты ошибаешься. Я банши, и это ничего не изменит. Даже, если мне удастся найти свою бывшую семью, от этого я не стану живее.

   Как же Сирил хотелось верить в слова Клемента, и может быть, она смогла бы отвлечься от своего предназначения Плакальщицы, если бы не её трагическая смерть. Может быть после того, когда она увидит, узнает, а если повезет, прикоснётся к знакомым людям, она перестанет думать о прошлом и сможет, наконец, полностью отдастся Болоту... без остатка погрузиться в заботы банши.

   - Сирил, ты живее всех живых,- девушка и не заметила, как далеко ушла в свои мысли, пока Клем не заговорил, - Посмотри на себя! Ты так красива и умна, что во всех городах мужчины будут умолять тебя стать женой одного из них.

   И если бы не Аврора, я стал бы одним из них,- подумал Клем, ощущая, как каждое мгновенье температура его тела повышается настолько, что кожа начинает гореть,- И победил бы. Никто не смог бы жениться на тебе, кроме меня.

   То, о чём говорил Клем, было недозволенно. И всё же слова звучали искушением в голове.