И вновь между ними наступило молчание, но теперь это было молчание друзей. Общие секреты, да еще такие опасные, волей-неволей связали их друг с другом.

— Раскрой мне еще один, — спустя некоторое время сказала Сандра Ди.

— Секрет?

— Да. Ты наверняка знаешь что-нибудь по-настоящему увлекательное.

Траффорд понял, что более удобного момента ему может и не представиться.

— Ладно, раскрою.

— Только хороший.

— Очень хороший.

Сандра Ди ждала, пока Траффорд размышлял, как бы получше сформулировать то, что хотел сказать ей уже давно, с того самого физиприса, когда на нее напала Принцесса Любомила.

— У меня есть ключ от двери, — медленно произнес он. — Двери в иной мир. В иную вселенную. Даже в тысячу вселенных.

— Ого, — сказала она. — Вот уж секрет так секрет.

— Я могу войти в эту дверь и оставить позади этот отвратительный город, в котором мы живем. В любой момент я могу сделать несуществующими и Принцессу Любомилу, и модератора нашего домашнего чата, и все эти бесконечные толпы потеющих, жующих, рыгающих хамов и дураков. Я могу выключить новости и рекламу, могу избавиться от всех этих мерзопакостных любимцев публики и ведущих реалити-шоу, могу убрать с глаз долой все голые тела, совокупляющиеся на каждом экране, на каждой стене. Могу забыть о бомбах и о войнах, которые ведутся ради сохранения мира, Храма и глупых, противоестественных Законов Уэмбли. Я могу сбежать от всего этого. Вот он, мой секрет. Вот что я могу сделать, Сандра Ди. В моей власти заставить все это исчезнуть.

— Скажи мне как, — жадно откликнулась она. — Я хочу знать.

— Что ж, — ответил Траффорд, — минуту назад ты сама сказала, что воображать — это здорово.

— И?

— Это и есть ключ. Спастись от творения человеческих рук, которое мы называем реальностью, можно с помощью разума и воображения. Я открыл... книги.

— Книги? — Сандра Ди не смогла скрыть разочарования. — Все книги — дрянь.

— Книги бывают разные, — заметил Траффорд.

Он достал из полиэтиленового пакета то, что на первый взгляд было "Питанием в традиции фэншуй" — популярной брошюрой, утверждающей, что человек может достичь внутренней гармонии и высокой духовности, правильным образом располагая продукты, прежде чем их съесть. Будь то на тарелке или в картонной коробке, способ пространственного взаимодействия вашего гамбургера с жареной картошкой мог помочь вашему духовному росту или замедлить его.

— Шутник, — сказала Сандра Ди, с презрением глядя на книгу.

Тогда Траффорд снял с книги обложку, и в руках у него остался потрепанный экземпляр "Грозового перевала".

— Это чудесная история, написанная много лет назад, — сказал он. — Я выбрал ее для тебя; почитай, если хочешь. Когда будешь читать, мир, в котором мы живем, пропадет. Вместо него ты окажешься в том, что описан в книге, — в мире подлинных страстей, вечной любви, сложных переживаний и простора, удивительного простора вокруг. Ты будешь гулять на ветру по широким полям, и в лицо тебе будет сыпать прохладный дождь. Твоя душа вырвется на волю и будет бродить в одиночестве — одна на бескрайней пустоши тайной, обреченной любви.

Сандра Ди взяла у Траффорда книгу.

— Если меня с ней поймают, то по меньшей мере закуют в колодки. И отхлещут по пяткам.

— Поверь мне, игра стоит свеч.

— Где ты ее взял?

— Я ее... нашел. Если тебе понравится, могу найти еще. Ну что, почитаешь?

— Да, с удовольствием.

Солнце почти село, а с его закатом утих и ветерок. Сандра Ди спустила парус, и они медленно поплыли на веслах к причалу.

— Я чудесно провела время, Траффорд, — сказала Сандра Ди, когда они прощались. — Даже не помню, когда я в последний раз говорила с кем-нибудь так, как сегодня с тобой.

— И я тоже, — сказал Траффорд.

— А еще, — добавила Сандра Ди, поцеловав его в щеку, — спасибо тебе за секс. Это было великолепно.

28

Траффорд с Кассием шли по Хампстед-хит в сторону паба "Джек Строз Касл". Траффорду еще никогда не доводилось бывать на этом островке Лондонского архипелага — тут был своего рода заповедник, где за прочной оградой и под охраной вооруженных стражей обитали богачи, старейшины Храма, высокие правительственные чиновники и крупные бизнесмены.

— Мы идем в гости к Коннору Ньюбери, — сообщил Кассий, когда они с Траффордом свернули на улицу, состоящую из особняков на две квартиры, у каждой из которых был свой палисадник — свидетельство невероятного богатства местных жителей. Траффорд прекрасно знал, кто такой Коннор Ньюбери: популярный, слегка фатоватый ведущий разговорных шоу на телевидении и в интернете, он прославился своей дерзкой непочтительностью к старейшинам Храма, хотя никогда не заходил в этом отношении дальше шуток насчет толщины их животов и недостатка вкуса, который они проявляли, выбирая себе украшения. — Дело в том, что он один из нас, — пояснил Кассий, когда они приблизились к нужному дому.