Читаем Sleepwalking (СИ) полностью

- У неё кома второй стадии, - сообщил Саске, воззрившись на медсестру чёрными глазами.

Уж этого девушка точно не могла ожидать. Она вытаращила глаза, ахнув, и тут же отступила на пару шагов назад, осмотрев пациентку. Ведь всё было хорошие, такие хорошие анализы… и почему всевышний решил поиздеваться над этим мужчиной? Чтобы просто взять и отнять у него, по-видимому, самое ценное? Она видела, как сжимал её ладонь — как будто она была самым ценным сокровищем на свете, дороже серебра и золота для него. Для Саске, кроме неё, не имело значения ничего, даже все остальные пациенты. Он отчаянно пытался спасти эту девушку, — Нанами наблюдала за его движениями и за его взглядами во время операции — однако, по его мнению, оказался наихудшим хирургом на всём белом свете.

Учиха Саске был высококвалифицированным хирургом. И медсестра впервые видела, чтобы этот мужчина настолько отчаялся.

Он обошёл медсестру и обогнул койку с другой стороны, наклонившись к пациентке. Он стал тормошить её за плечо, пусть легонько, но немного резко, из-за чего любой человек уже должен бы был очнуться и прийти в себя.

- Давай же, поднимайся, солнышко… - его ладонь легла на сердце девушки, и он ощутил, как оно спокойно и ровно бьётся только спустя несколько секунд.

Сакура была жива, и это было единственным, что утешало Саске в этот момент. Да, она впала в кому, да, её сложно будет оттуда вытащить… но нет ничего хуже, чем смерть близкого человека. Её сердце спокойно билось, ровно, как будто бы тихонько сообщая Учихе о том, что оно здесь, оно не отпустит Сакуру и не перестанет биться, стараясь, чтобы она пришла в себя. Приборы тикали и пищали так же, как и вчера. Капельница продолжала осторожно и медленно течь, и Саске тяжело вздохнул, опустив голову. Отчаяние захлестнуло с головой, так что никаких других мыслей, кроме спасения возлюбленной, у Саске не было.

- Саске-сан, может?.. - всхлипнув, Нанами с надеждой посмотрела на него, протянув руку к мужчине, словно стараясь оттащить его от Сакуры.

- Нет, - он неопределённо махнул рукой в её сторону, прося как можно скорее отвязаться от него.

Ему вовсе не надело общество медсестры. Это была её работа: заботиться о пациентах, приводить хирурга в чувство, когда он не может сосредоточиться… на самом деле Нанами могла даже дать ему пощёчину — такое случалось не один раз, в особенности тогда, когда Саске в расстроенном состоянии оперировал детей. Тут же он приходил в себя и тут же принимался за свою работу с присущим ему профессионализмом. Но теперь… теперь медсестра даже не могла коснуться его — казалось, всё его сильное тело напряжено, а если его дотронешься, то он отреагирует, будто раненный зверь, громко заревев.

- Вам нехорошо, - испуганно посмотрела на него Нанами, когда Саске обернулся к ней корпусом. - Вы, кажется, и не спали всю ночь.

Она аккуратно тронула его за локоть, осмелившись, однако мужчина, как она и предполагала, отреагировал отрезающим рычанием:

- Я спал. Эта девушка должна прийти в себя.

Медсестра сочувственно покачала головой, бросив короткий взгляд на пациентку, и тяжело вздохнула: такая красивая и лежит здесь… нет, Саске прав, так не должно было быть. Это против природы, когда юная девушка лежит на больничной койке в окружении врачей и кучи медицинских приспособлений.

- Глотательный рефлекс сохранился… зрачки сужены… - он бормотал себе под нос, как в лихорадке, и тут же вновь схватил девушку за безвольную руку, принявшись растирать тыльную сторону ладони: - Давай, девочка, просыпайся!..

- Саске-сан, вам нужно отдохнуть… - вторила своё девушка, нахмурив тонкие брови и с укором посмотрев на мужчину.

Тот как не слышал. Опустившись на стул, он закрыл глаза и выпрямился. Действительно хотелось спать, и Нанами была права… но Саске не мог просто всё бросить и уснуть прямо здесь. Пусть мужчину немного и шатало от недосыпа, когда он резко вскакивал, он не собирался бросать всё это и оставлять просто так. Ради Юки она должна проснуться. Ради Юки он должен сделать так, чтобы она наконец открыла свои зелёные глаза. Саске давно их не видел… с самой последней их встречи несколько недель назад: тогда он передал Юки плюшевого медвежонка — с которым, как оказалось после, когда Учиха спрашивал у неё по телефону, мальчик охотно ложился спать — и целый пакет конфет. Тогда она на него посмотрела как-то неопределённо… не было уже той ненависти, презрения или чего-то подобного… она посмотрела на Учиху с большой надеждой. Он знал, что напоследок она обернулась на него — потому что обернулся сам. Он знал, с каким доверием она посмотрела ему в спину и в то же время с жалостью — потому что обернулся сам. Он знал, что по её щеке скатилась солёная слезинка сочувствия — потому что обернулся сам.

- А… можно нескромный и неуместный вопрос? - поинтересовалась Нанами, густо покраснев, понимая, что сейчас не следует спрашивать об этом у мужчины. Но любопытство терзало настолько, что она решила завести об этом разговор.