В итоге своей трехлетней работы ученые пришли к выводу, что в основном Познански был прав. Они не задавались вопросом о том, как их заключение может повлиять на господствующие в исторической науке взгляды; они просто подтвердили выводы, сделанные из наблюдений реальной ориентации различных сооружений в Тиауанако. И самым важным из них был вывод, что Каласасайя строилась в соответствии с наблюдениями звездного неба, сделанными очень и очень давно — намного раньше 500 года до н. э. Было отмечено, что оценки Познански (15 000 года до н. э.) лежат во вполне разумных пределах.

Если Тиауанако действительно процветал задолго до начала истории, то что за люди построили его и для какой цели?

ФИГУРЫ В РЫБЬЕЙ ЧЕШУЕ

Внутри Каласасайи были установлены две массивные скульптуры. Одну из них прозвали Эль-Фрайле («монах»), она находилась в юго-западном углу. Другая — в центре восточной стороны площадки — тот самый великан, который был виден из храма.

Вырубленный из красного песчаника, выветренный до неузнаваемости, Монах имеет в высоту около 1,8 метра. Он изображает гуманоида, человекоподобное существо с массивными глазами и губами. В правой руке он сжимает нечто, напоминающее нож с волнистым клинком, вроде индонезийского криса. В левой руке — предмет, похожий на книгу в переплете с застежками. Однако сверху из этой книги торчит нечто, вставленное в нее как в ножны.

От пояса и ниже фигура покрыта орнаментом в виде рыбьей чешуи, причем, как бы для того, чтобы дополнительно подчеркнуть это обстоятельство, скульптор придал отдельным чешуйкам вид стилизованных рыбьих головок. Познански убедительно настаивает на том, что это обозначает «рыбу вообще». В этом случае логично предположить, что Монах — портрет воображаемого или символического «рыбочеловека». На нем есть также пояс с рельефными изображениями крупных ракообразных, что также работает на эту гипотезу. Что же все-таки имелось в виду?

Я слышал об одном местном предании, которое, думаю, может пролить свет на это. Оно очень древнее и повествует о «богах озера с рыбьими хвостами, которых зовут Чуллуа и Умантуа». Предание, как и рыбоподобные фигуры, представляется далеким эхом мифов Месопотамии, изобилующих рассказами о существах-амфибиях, «наделенньи разумом», якобы посетивших землю шумеров в глубокой древности. Вождя этих существ звали Оаннеш (или Уан). Согласно халдейскому летописцу Беросу:

В соответствии с преданием, о котором рассказывает Беросус, Оаннеш был в первую очередь просветителем:

На сохранившихся вавилонских и ассирийских барельефах, изображавших сподвижников Оаннеша, я мог явственно различить рыболюдей. Доминирующей в их одежде, как и у Монаха, была рыбья чешуя. И у вавилонских фигур в обеих руках тоже присутствовали неопознанные предметы. Насколько я помнил, они не бьши совсем идентичны, и позднее у меня была возможность в этом удостовериться. Тем не менее что-то общее в них все-таки было.