Взгляд у «лидера» был затравленный.

Когда Круглов бросил увесистый том на стол, бывший руководитель секты вздрогнул. Его взгляд заметался, скользнув по зеркальной стене, за которой стояли Майский, Рогозина и Антонова.

— Эта книга? — без обиняков спросил Круглов.

Тот взял ее дрожащими руками и несколько секунд разглядывал.

— Эта… вроде…

— Ты мне не вроде говори, а точно! — с нажимом проговорил майор.

— Да эта, эта!

— Что там было в конце, на последних страницах?

— Сейчас посмотрю. — Очкарик открыл книгу. — Так ведь они вырваны…

— А то я стал бы тебя спрашивать, если бы они там были, — сквозь зубы проговорил Круглов. — Вспоминай.

— А чего вспоминать, — «лидер» явно приободрился, — я и так все помню. Книга же состоит из восемнадцати глав, по числу жертв. Значит, последние страницы о восемнадцатой жертве и рассказывали.

— Что рассказывали?

— Ну, о том, куда ее тело привезти надо.

— И куда? — Голос Круглова заметно сел.

— В Китай. — Казалось, очкарика удивила сама постановка вопроса. — В один из горных монастырей. Название не помню… Только тамошними монахами может быть засвидетельствовано прохождение последней ступени. А доказательство — труп восемнадцатого ребенка.

— А… откуда эти монахи будут знать, что труп — именно восемнадцатый, а не первый и не третий, например?

Допрашиваемый пожал плечами.

— Понятия не имею. Известно только, что их лучше не обманывать.

Круглов наклонился к нему через стол.

— Точно? Ты в этом уверен?

— Да абсолютно! Если тело последнего ребенка не привезти в Китай, ступень не засчитывается… Ну бред же, чего вы хотите…

Круглов не вышел, а вылетел из допросной.

ФЭС. Лаборатория.

_{Даже если мы ее найдем, противоядия у нас нет}

В лаборатории кипела невидимая постороннему глазу работа.

Тихонов прогонял на своем компьютере списки пассажиров. Рогозина продолжала биться над противоядием. Но все оставалось по-прежнему — черные клетки поначалу исчезали, но потом появлялись снова и сжирали желтый цвет.

Она стукнула по столу обоими кулаками и встала — сидеть было уже невмоготу.

— Даже если мы ее найдем, противоядия у нас нет.

Майский, предложивший свою помощь в качестве «подай-принеси», прогудел:

— Не волнуйтесь, Галина Николаевна. Вы работайте, главное. Время у нас есть.

— Готово, — сообщил Тихонов, вынимая распечатку из принтера. — Вот список всех пассажиров, купивших билеты в Китай на сегодня, завтра и послезавтра. С детьми из них — более трехсот.

— Срочно сверь со списком из библиотеки, — болезненно морщась и потирая лоб, велела Рогозина. — С теми, кто читал книгу.

— Это мы мигом.

На экране монитора, поделенном на две части, прокручивались перечни фамилий.

Процесс завершился появлением надписи «Совпадений нет».

Круглов, до этого сидевший тише мыши, подал голос.

— Надо дать указания во все аэропорты, останавливать любых типов с девочками.

— А если он это увидит? — возразила Рогозина. — Девочке тогда не жить.

— К тому же ее фотографии уже разосланы по всем аэропортам и вокзалам, — напомнил Майский.

* * *

Аккуратно одетый мужчина весьма приличного вида расплатился с таксистом, выбрался из машины и открыл заднюю дверь. Сначала он вытащил неподвижную, как будто парализованную, маленькую девочку, потом достал сумку. Подхватил ребенка одной рукой, сумку — другой.

Глаза девочки были закрыты, она как будто спала.

Заботливый отец огляделся и увидел спешащего к нему служащего аэропорта, катящего инвалидную коляску.

— Пожалуйста, это вы заказывали коляску по телефону?

— Да. — Усадив ребенка, мужчина достал деньги и дал служащему на чай. — Благодарю.

Он развернул коляску и направился к зданию аэропорта.

* * *

Работа над антидотом кипела вовсю. Активно сопереживающих было двое — Круглов и Майский. Майский наблюдал, Круглов нервно ходил по комнате.

Рогозина поднялась из-за компьютера и от теории перешла к практике.

Когда в очередной раз содержимое двух пробирок соединилось в третьей, Майский спросил:

— Что, готово зелье?

— Не знаю, еще не проверяла, — глядя сквозь пробирку на свет, ответила Рогозина.

Другая троица — Тихонов, Антонова и Белая — сидела за тихоновским компьютером, просматривая списки пассажиров.

Круглов не выдержал:

— Не, ну это бред так сидеть! Когда он…

— Ой, смотрите, это же писатель известный!.. — воскликнула Белая. — У него еще книги такие по психоанализу… Мне очень нравилось…

Все сгрудились у тихоновского компьютера.

— Вот, — Татьяна указала пальцем на фамилию, — из списка тех, кто брал эту книгу китайскую почитать. Вот он. Чугунов Вячеслав.

— Ну и что? — устало спросила Рогозина.

— Как что? — удивилась Белая. — Вы его не знаете?

— Ну, замечательно, давайте теперь о литературе поговорим, — пробормотал Круглов, отходя в сторону.

— Да нет, просто это псевдоним! — воскликнула Белая. — Его настоящая фамилия, по-моему, Волков… Надо проверить.