Читаем След хищника полностью

Я попытался втолковать ему насчет настойчивости похитителей, но безрезультатно.

— Это она в первую очередь хотела ребенка, — проворчал Неррити. Я говорил ей, что это испортит ей фигуру. А она все долдонила, что ей одиноко. Разве не знала, как я живу, прежде чем выходить за меня замуж?

Знала, но с другой стороны, подумал я. Со стороны офиса, где его жизнь была куда более насыщенной, где у нее было занятие, чтобы заполнить жизнь.

— Короче, завели мы ребенка. — Он опять сокрушенно махнул рукой. А теперь... вот...

В этот момент приехала мать Миранды, а вскоре после этого я посадил Алисию в машину и спокойно поговорил в саду с Тони.

— Завтра, в четверг с утра, — сказал я. — Виттеринг местечко пляжное. Как думаешь, хорошо будет, если на берегу и сегодня, и завтра будут одни и те же люди?

— А тот супер в Чичестере согласится на это? — спросил Тони.

— Да, уверен.

— Я не собираюсь целый день просиживать задницу на этой гребаной гальке.

— Утром отлив, — сказал я. — Как насчет того, чтобы отвезти все это Иглеру на поезде, а я присоединюсь к тебе, как только позвоню в Сити?

Он кивнул.

— Встречаемся в отеле в Брикуотере?

— Да. Скажи им там, на регистрации, что мы займем комнату Миранды.

Она там записана до субботы. Скажи, что малыш заболел и она отвезла его домой, а мы ее братья и приехали забрать ее машину и вещи... и оплатить ее счет.

— Не знаю, будет ли толк от нашего долгого сидения в Брикуотере.

Я ухмыльнулся в темноте.

— Ну, хоть перемена обстановки — это тебе не на коммутаторе сидеть.

— Я всегда знал, что ты хамло.

Он бесшумно пошел к своей припаркованной в отдалении машине и исчез в сумерках. Я сел в машину рядом с Алисией и повернул в сторону Ламборна.

Я спросил ее, не проголодалась ли она и не остановиться ли где-нибудь пообедать, но она покачала головой.

— Мы с Мирандой ели кукурузные хлопья и тосты, пока у нас глаза на лоб не полезли. Ты оказался прав, она была уже спокойнее, когда мы уезжали.

Но... когда я думаю об этом малыше... один, без мамы... это невыносимо.

Следующее утро я провел на Флит-стрит, умоляя редакторов бизнес-страниц в различных газетах соблюдать секретность и заручаясь их содействием.

Затем я снова поехал в Вест-Виттеринг. Из последних тридцати часов я по крайней мере двенадцать давил на педали.

Приехав в Брикуотер в джинсах и спортивной рубашке, я выяснил, что Тони уже зарегистрировался в гостинице и оставил мне записку, что он на берегу. Я пошел туда и наткнулся на него — он сидел на ярком полотенце, в плавках, демонстрируя впечатляющую мускулатуру, которую старательно поддерживала форма. Я бросил рядом с ним собственное полотенце и стал наблюдать за тем, как, подобно прибою, колышется жизнь на берегу.

— У твоего Иглера возникла та же самая идея, — сказал Тони. — Половина отдыхающих на этом лоскутике песка — хреновы фараоны в штатском, которые следят за другой половиной. Они тут с самого завтрака.

Оказалось, Тони очень хорошо поладил с Иглером. Тони считал; что у него «охренительно конструктивные идеи», что в устах Тони было высшей оценкой.

— Иглер уже вычислил какое устройство использовалось для поджога лодки. Она, кстати, краденая, вот удивительно-то!

Какие-то ребятишки строили новый замок на том месте, где прибой смыл замок Доминика.

— Послание похитителей Миранде передала девочка лет восьми, — сказал я. — Как думаешь, она еще здесь?

Не ответив сразу, Тони встал и вприпрыжку побежал к песку, где вскоре присоединился к двум веселым отдыхающим, игравшим в футбол.

— Они поищут ее, — сказал он, вернувшись. — Они нашли уже многих, кто видел лодку. Некоторые видели тех, кто ее оставил. У того, в зеленых шортах, в кармане фоторобот Джузеппе. Но пока никаких результатов.

Двое парнишек, что помогали мне вытащить лодку, узнали меня и поздоровались, проходя мимо.

— Привет, — ответил я. — Вижу, остатки лодки унесли.

Один из них кивнул.

— Мы вернулись сюда после ужина и увидели, как два человека, вроде бы рыбаки, лебедкой поднимали ее в кузов пикапа. Они не знали, чья она.

Сказали, что их послала береговая охрана отвезти ее в участок в Итченоре.

— Вы тут живете? — спросил я.

Они замотали головами.

— Мы тут снимаем дом на август. — Один из них показал на восток, вдоль по берегу. — Каждый год приезжаем. Маме и папе тут нравится.

— Вы братья? — спросил я.

— Вообще-то двойняшки. Но не близнецы, как видите.

Они набрали камешков и стали швырять ими в пустую банку от кока-колы, потом ушли.

— Наводит на мысли, да? — спросил Тони.

— Да.

— Иглер хотел встретиться с нами около пяти, — сказал он. — В кафе «Серебряный парус». Оно находится в том местечке, о котором говорили ребята. В Итченоре. Звучит как какая-то гребаная заразная болезнь.

Футболист в зеленых шортах в этот момент разговаривал с маленькой девочкой, чья мамаша тут же всполошилась и увела свое чадо прочь.

— Ты не думай, — сказал Тони. — Этот решительный лакомый кусочек в розовом бикини — полицейская. Как думаешь, о чем зеленые шорты перемолвятся с ней за эти два мгновения?

— Понятия не имею.

Мы отследили весь разговор зеленых шорт с розовым бикини.