Читаем Слабости нет! полностью

– А вот так, научно-технический шпионаж – как он есть. Поясню, для упрощения воспользуюсь аналогиями. У каждого ведомства имеется… скажем, свое внутреннее файловое хранилище, защита на нем зависит от многих факторов. Попыток проникновения фиксируется от пяти до десяти в сутки. Нас на зуб так или иначе постоянно пробуют. Что тут сказать? Это наши детки резвятся, поколение «постнекст», навыки пытаются прокачать на взломе, в общем, ерунда. Их даже никто не отчитывает. Однако за последние сутки произошли настоящие попытки проникновения. – Саныч затянулся глубоко и выпустил дым через ноздри.

– Москвичи?

– Я бы не сказал со стопроцентной гарантией, а подозреваю – это Токио. Сегодня в три ноль шесть была мощная атака на нашу систему с попыткой скачать данные. Пришлось увеличивать защиту на тысячу процентов, переводя ресурсы с производства и научных исследований. Они, понятно, практически встали! И планы по звез… псу под хвост…

– Так вчера как раз москвичи и появились, – сообщил я общеизвестный факт.

– В том-то и дело, Сергей, я начал изучать логи атак, и что интересно, наших всех, кто пытался проникнуть, система определяла и видела. Первый необычный случай произошел ровно тогда, когда появились представители Токио. – Научник вновь нервно прикурил, при этом во второй руке дымила еще первая сигарета.

– Сан Саныч, – покачал я головой, показывая пальцем на непорядок.

– А-а-а, это нервное у меня, как задумываться начинаю… Бросать хочу, да разве тут с такими вывертами бросишь? – риторически произнес тот, затушил старый окурок и продолжил: – Первый раз речь шла о прощупывании. При этом адресант оказался «неопознанным лицом, место взлома не определено», – процитировал тот системку. – Я не думаю, что наши балбесы за это время так навык прокачали. А затем появляются москвичи и ночью следует очень и очень мощная атака. Если бы не случайность… А именно, я задержался и находился у управляющего модуля, все бы наши данные уплыли. Однако определить, кто это действовал, так и не получилось.

– А что им может быть интересно? Они же нас опережают, насколько мне известно…

– Так-то оно так, но у них нет доступа к технологиям биоников, наши базы данных по разным мутантам, еще и Анна поделилась многим… И там система такая, вполне возможно, мы изучаем направление, на которое у них не хватает собственных ресурсов. В общем, есть что взять. Да, – кивнул он сам себе, – есть!

– Сан Саныч, а к чему твой приход ко мне в гости? Нет, я не против, только за. И всегда рад. Но необычно. В кабинете у тебя не могли бы поговорить?

– Вот, – он припечатал на стол кругляш, примерно с десятикопеечную монету, – жучок. При этом, когда активирован, похож на паука… А сколько их… Черт его знает. Сейчас все здание проверяем. Уже штук двадцать обнаружили. Все здание нашпиговано.

– А на фига ты его тогда сюда притащил, я бы и на слово поверил.

– Он не работает, я всю начинку сжег. Гарантия. Но сам факт. Я – ученый, а из-за этого, как долбаный революционер, вынужден проводить беседы на конспиративной квартире! Тебе же многое хотелось сказать. И еще ты собираешься к ним, то… советую держаться настороже. Слишком они мягко стелют. Меня всегда настораживали лозунги, когда сами говорящие не понимают, о чем они ведут речь, или намеренно искажают все. Например, Токио вообразили себя спасателями нового человечества. По крайней мере, так декларируют. Все у них здорово, людей они не убивают, привечают… И так далее. При этом заметь, ни с кем другим не хотят ни делиться наработками, ни даже предлагать равноценного обмена. Это уже не звоночек, а звонок. Вот скажи, Сереж, я жадный? Неблагодарный?

– Нет, – даже отрицательно головой помотал. – Наоборот бы сказал, слишком щедрый.

– Во-от! – назидательно поднял указательный палец Сан Саныч. – Но не со всеми, а с теми, кто помогает, порой добровольно, кто не забывает о нашем отделе и так далее. То есть для рвачей, которые только брать могут, я самый злобный скупердяй, для людей – всегда открыт. Как со мной, точнее с нашей наукой, так и я в ответ… И знаешь что?

– Что?

– Я ненавижу, просто не перевариваю, когда меня считают дураком или пытаются таковым выставить. Более того, такую же стойкую антипатию испытываю к тем, кто хочет безвозмездно воспользоваться плодами моих трудов или моего научного отдела. Таких надо щелкать по длинному носу и щелкать больно! Поэтому предлагаю сделать следующее…

2

Двадцатиминутный разговор оставил двоякое чувство. И все вертелось вокруг извечных «кто виноват и что делать». А еще один, параноидальный: не решил ли меня использовать глава научного отдела в «благих» целях?..

Сан Саныч предложил доставить наших собственных жучков на территорию «дружественного» поселения Токио-3. Ответить ударом на удар, а не проигнорировать факт попытки шпионажа.