Читаем Сквозь Тлен полностью

Промаявшись похмельем господин, только на вторую ночь нахождение в пещере, дал нам распоряжение собираться в путь. Ящики унесенные с телеги монаха, мы оставили, собрали в заплечные мешки, только самое необходимое. Вечером третьего дня наконец двинули на север. Насколько я понял вождь оборотней хорошенечко проинструктировал нашего господина, а тот в свою очередь через амулет передал часть информации Трёхглазу. Мы не просто блуждали по лесу, а шли по четко выстроенному маршруту. Причем следующие несколько дней, мы даже находили весьма удобные и подходящие места для укрытия в дневное время суток.

По мере продвижения на север, лес становился несколько иным. Деревья потихонечку теряли свою былую стройность, стволы все чаще покрывались странными наростами, а землю вместо привычной листвы или хвои. Все чаще и чаще покрывал мох. В воздухе постепенно ощущалось все больше влаги. Даже я городской житель догадался что где-то впереди огромное количество воды. Большая река или озеро, а может море? Размышлял я. Мог бы я ощущать запахи, понял бы что возможно впереди море.

Признаюсь, честно, для наших костей, сырость не очень приятное ощущение.

— Уголёк, мы чего к морю прёмся, — не удержавшись задал я вопрос. Во время одного из наших дневных привалов.

— Учится тебе еще многому. Море, — хихикнул Уголёк в ответ, — судя по всему идем мы в болото, ну или на окраину болот. В этих местах я не бывал. Не знаю уж почему, но господин туда очень целенаправленно прется.

— Болото? А может быть это связано с тем что его называли учеником болотного мастера? — оглядевшись внимательней я понял, что мха стало гораздо больше, — может он хочет у него провести ритуалы.

Тревожные мысли заметались у меня в голове. Неужели некромант опять попытается подчинить мой Мертвоцвет себе, или еще какую-нибудь гадость задумал.

— Я сомневаюсь в этом, — отозвался Трёхглаз, — во-первых болотный мастер жил совершенно в другой местности, а во-вторых между учеником и учителем некромантов, редко возникает дружеская связь. Чаще всего часть сил ученик некроманта получает именно после убийства своего учителя. Бывает и наоборот. Тут уж не поймешь, если учитель достаточно опытный и сильный, обучив и подготовив молодого ученика, он с легкостью может проведя ритуал переселиться в его тело. Выгнать его душу, превратив ее в дух неприкаянный. Занять тело и спокойно жить дальше. Ключевое здесь слово жить.

— А если учителю не удастся захватить тело, — заинтересовался я.

— Есть еще один вариант, правда на него не все некроманты соглашаются.

— Это что же за вариант такой?

— Превратится в Лича.

— Странно, я всегда думал, что для некроманта стать Личем, стать нежитью — это цель.

— А поставь себя на место живого, вот ты живешь, питаешься, процветаешь с девушками общаешься, и не только. Ты готов отказаться от всего этого? Провести сложный и опасный ритуал, который не всегда заканчивается успешно, — ловко парировал моё утверждение Трёхглаз, — учитывая, что ты сейчас нежить, тебе трудно ответить на этот вопрос. Но вообще подумай, мало кто захочет отказаться от благ живого существования.

— Именно поэтому чаще всего некроманты используют нежить, сами при этом оставаясь живыми. Для того чтобы продлить свою жизнь, используют различные магические ритуалы и жертвоприношения. Продление жизни, переселения в другое тело и прочие некромантские штучки. Именно поэтому мы нежить, так ненавидим некромантов. Хотя казалось бы должны быть с ними в союзе, вот как можно быть в союзе с тем, кто так и норовит поработить тебя и воспользоваться твоими способностями, — Уголёк гневно топнул ногой. Из-под его ступни брызнула мутная грязная водица.

Постепенно в лесу начали попадаться небольшие проплешины, заболоченные участки на которых не было никакой растительности. Кроме серебристого густого мха, и перекрученных болезнями стволов деревьев, кажется это сосны, больше не осталось иных растений. Видимо мы приблизились к краю того самого болота. Ориентируясь на только ему понятные знаки, наш господин подолгу бормотал что-то себе под нос. Озирался и высматривал только ему понятные приметы. Мы же выполняли всю грязную черную работу, охота, собирательство, охрана нашего господина.