Читаем Скупщик полностью

Радуясь, что нашел, чем себя занять, Илья поставил чашку на подоконник и, не снимая пиджака, завалился на диван. Сон накрыл его мгновенно, как одеяло.

Она держала его за руку.

Он улыбнулся и сжал тонкие пальцы.

Отличный сон!

Только ладонь слишком холодная…

Илья протянул вторую руку, чтобы согреть ее озябшие пальцы, и… открыл глаза.

В темноте, чуть разбавленной серым прямоугольником окна, на диване рядом с ним сидела Татьяна.

Илья пошевелился и окончательно проснулся. Не до конца понимая, где находится, огляделся.

— Привет, — хрипло произнес он, сев. — Который час?

— Половина первого, — она включила ночник. Желтоватый отсвет лампы выхватил из полутьмы ее бледное лицо.

— А я вот… тебя ждал и уснул, — признался Илья. — Привет! — еще раз, с нежностью, произнес он и потянулся, чтобы ее обнять.

В самое последнее мгновение, прежде чем очутиться в его объятиях, Татьяна сделала едва уловимое движение, пытаясь отстраниться.

— Боже мой, ты до сих пор на меня злишься! — расхохотался Илья. — Глупая! Ну прости меня! Да, я платил людям деньги за положительные рецензии. Потому что боялся, что эти… мудаки тебя обидят. Хотел тебя порадовать, вот и дал парочке пидорасов денег за хорошие отзывы… И зря. Потому что все равно ерунда вышла. Вот мне зарок на будущее — не связываться с…

— Ко мне приходил человек с картины, — перебила его Татьяна.

— Что? С какой картины? — переспросил Илья.

Она помолчала.

— Картина… карандашный портрет у тебя в кабинете. Помнишь?

Илья не сразу понял, что она имеет в виду.

— Портрет? Скуп… человека в капюшоне? — уточнил он.

Она молча кивнула, до боли сжав его руку.

— Подожди, подожди! — улыбнулся он, крепко взяв ее за плечи и вглядываясь в лицо. — Начни сначала. Когда приходил? Ты точно уверена?

Она подняла на него темные, наполненные болью и странной тревогой глаза.

— Вчера. Он… все объяснил. Я не думала, что такое возможно. Но… я знаю, кто он.

Голос ее был глух. Илья смотрел, как она выговаривает тщательно подобранные отрывистые слова, и все никак не мог понять, к чему она клонит. К Тане приходил Скупщик? Зачем? Какая-то часть его сознания была уверена, что это сон, что он до сих пор не проснулся!

— Я продала ему талант, — прошептала она.

Илья закрыл глаза.

Не может быть. Это какой-то глупый розыгрыш.

— Повтори… пожалуйста… — попросил он.

Сейчас она рассмеется и скажет, что пошутила.

— Продала талант…

Мгновенно вспотели ладони.

— Дура! — заорал он, впившись в ее плечи железными пальцами.

Она дернулась, как от удара.

Илья вскочил с дивана, завертелся посреди комнаты, растерявшись, не понимая, что сейчас должен предпринять и куда немедленно нужно бежать или ехать. В голове крутилось гулкое: «Продала! Продала!».

Таня сжалась в комок на краешке дивана. Он дернул на себя ее руки ладонями вверх. Поперек левой тянулся едва заметный, кривой порез.

— За сколько? — прошептал он. Его затрясло от ужаса и омерзения. — Что он пообещал тебе такого, чего я бы не смог тебе дать?

Он ее ненавидел! Ненавидел это красивое лицо, ненавидел эти растерянные наивные глаза. Эти светлые, милые до тошноты волосы, эту тонкую шею, в которую отчаянно хотел вцепиться. Он мог бы с легкостью стащить ее с дивана и размозжить о стену. Выбросить в мусоропровод, как дешевую тряпичную куклу. Ярость пульсировала в каждой клеточке его тела. Дура! Дура!

— Что? Он? Тебе? Пообещал? — с ненавистью выпалил он ей в лицо.

— Не кричи, пожалуйста! — попросила она умоляюще, прикрыв глаза. — Он… сказал… если я продам талант, он вернет тебе твой.

В ушах зазвенело. Продираясь сквозь вязкую, оглушительную паузу, Илья силился понять, что Татьяна сказала секунду назад. Вылетевшие из ее рта звуки спутались в нечленораздельное бульканье. «Он»… «сказал»… «вернет»… «твой»…

Илья отпустил ее руки и попятился. Комната качнулась, внезапно ставший чужим и уродливым интерьер поплыл перед глазами.

— Он сказал, что ты мучаешься и что нет других вариантов! — зашептала Татьяна скороговоркой. — А у меня все равно никакой перспективы. Ты же видел, что написали в рецензиях! Ты что, будешь платить им после каждой выставки?

Илья внезапно расхохотался.

Вот почему так трясся Семаринский, главред «Афиши» бубнил что-то невразумительное в трубку, а верстальщица «Музеев сегодня» сломала ногу! Трюк с плохими отзывами — дело рук Демона!

— Глупая! Послушай меня! — перебил ее Илья. — Скупщик подстроил все с самого начала! Чтобы ты отступила, чтобы опустила руки. Он всегда появляется, когда человек перестает верить в себя. Очень складно говорит, много чего обещает… Он в таких делах мастер, он же тебя просто запутал!