Илья стоял рядом. Он окончательно перестал что-либо понимать.

Какое-то время обладательница роскошных дредов курила, глядя, как невидимый ветер вяло перебирает кроны полуоблетевших деревьев в сквере, потом повернулась к Илье.

— Уговорил! — произнесла Девушка. — Я верну тебе твой талант.

Илья не мог поверить своим ушам. Неужели все так просто?

— Правда? — произнес он, чувствуя, как трясутся руки.

Демон посмотрела на него снизу вверх.

— При одном условии. Ты отговоришь троих человек.

— От чего? — не понял Илья.

— От продажи мне своего таланта, — улыбнулся Скупщик девичьими губами.

Илья молча смотрел в это красивое лицо, лихорадочно пытаясь сообразить, в чем же здесь подвох.

— И… все?

— Да! — просто ответила Девушка. — И забирай свой. Согласен?

Илья хотел было выпалить: «Да!», но осекся.

— И никаких сроков или каких-то прочих условий? — поинтересовался он.

— Нет.

Демон стоял рядом, ожидая решения Ильи. Налетевший ветер забрался за воротник, Илья поежился. Почему Скупщик передумал?

— Если это какой-то обман… — начал он.

— Даю слово! — сказала Девушка и протянула руку.

Илья увидел перед собой маленькую сухую ладонь с тонким серебряным колечком на большом пальце, снова перевел взгляд на Демона. Та стояла с абсолютно серьезным видом — худая, хрупкая девчонка лет двадцати двух.

«Какое сумасшествие!» — подумал Илья, потом вдруг понял, что терять ему нечего, и пожал руку Демона в знак согласия.

Не было никаких электрических разрядов, чудовищной силы рукопожатия или прочих неприятных ощущений. Обычная теплая человеческая ладонь.

— Договорились! — сказала Девушка и сунула руки в карманы.

— А как я… — хотел уточнить Илья.

— Я тебя найду.

Она поправила лямку рюкзака, сунула в уши висящие на шее наушники, набросила на голову капюшон и зашагала прочь.

Илья обалдело смотрел ей вслед. Потом вдруг ему в голову пришла мысль ее подвезти, но он отринул ее как абсолютно безумную. Подвезти Демона посреди ночи в Москве? Куда? В Ад?

Илья хохотнул. Темный женский силуэт миновал фонарь, свернул в переулок и пропал.

Кирюша спал, разметавшись на кровати. По своей дурной привычке, он снова завалился спать в одежде. Просто потому, что не было сил сдирать с себя рубашку, нащупывать непослушными пальцами пряжку от ремня, стягивать носки… Он добрался домой в беспамятстве, был вознесен по лестнице крепкими руками верных друзей и передан заспанной Ритке, которая и дотащила сонное пьяное тело до кровати.

— На, если будешь блевать! — громко произнесла Ритка, шлепнув у Кирюшиной кровати старый пластмассовый таз, затем выключила свет и закрыла дверь.

Кирюша решил, что блевать не будет. Он какое-то время маялся на кровати, ловя непослушными зрачками медленно кружащийся над головой потолок. События нынешнего вечера и последнего месяца рваными фрагментами всплывали в памяти. Какой-то парень размахивал у него перед носом распятием, отовсюду выскакивали и снова пропадали крохотные злые татуированные человечки, а под ногами, потрескивая в жарком пламени, горели и превращались в сморщенные комки пепла пачки новеньких, перехваченных разноцветными резинками банкнот. Кирилл попытался выхватить из огня пачку денег и провалился сквозь это фантастическое месиво в сон.

Кирюше снились поля. Залитые солнцем поля — бесконечная зеленая равнина, подернутая ярким контрапунктом одуванчиков. Солнце струилось сладким медом, где-то неподалеку поблескивала речная заводь. Кириллом завладел детский восторг — ощутив себя пятилетним мальчишкой, он осознал, что жизнь прекрасна, что все впереди, и это все непременно сложится самым лучшим образом. Рассмеявшись, Кирюша хотел вдохнуть полной грудью сладкий солнечный воздух… но не смог. Воздуха не было! Солнце вдруг померкло, трава на зеленой равнине скукожилась… Очутившись в полной темноте, Кирилл понял, что лежит на кровати в своей комнате и отчаянно пытается глотнуть воздуха.

Окончательно проснувшись, Кирилл попытался шевельнуться, но тело не слушалось. Оно казалось неподвижной каменной массой. Сверху, сплющивая грудную клетку, его словно придавило стотонной железобетонной плитой. Чувствуя, как от отсутствия кислорода закружилась голова, Кирюша понял, что по какой-то неведомой причине его душа навсегда замурована в его парализованном теле! Всхлипнул от безысходности и снова проснулся. Сквозь накативший ужас он вдруг увидел, что на его груди кто-то сидит.

Черный силуэт на фоне слабо освещенной уличным фонарем стены. Вытаращив глаза, Кирилл пытался разглядеть чудовище, придавившее его к кровати. Но черная неподвижная тень была темнее самой тьмы. Кирилл силился понять, сон это или явь… Вдруг тень шевельнулась, наклонилась к беззвучно завопившему от ужаса Кирюше и приложила скрюченный палец к напомаженным губам.

— Тсс! — прошептала из-под черного капюшона Старуха и подмигнула ему развратным мертвым глазом.

6