Читаем Скрип на лестнице полностью

– Что за хрень там стряслась? – спросил Сайвар. Его телефон зазвонил, когда они собирались уходить от Рунара, а после этого все произошло довольно быстро. Они сбежали по лестнице вниз, поехали так быстро, как могли себе позволить, и Эльма открыла дверцу и выскочила из машины даже до того, как Сайвар полностью остановил ее.

– Она его пырнула ножом, – ответил Каури. – Просто взяла и пырнула.

– Что… как так вышло? – спросила Эльма, а Каури только беспомощно пожал плечами. – А сейчас она где?

– Она в доме вместе с Хёрдом. Кажется, ее собираются в управление везти.

Дом выглядел так же опрятно, как в тот день, когда Эльма нанесла Аусе визит, – если не считать, что на полу везде наследили. И запах изменился. Вместо аромата свежевыпеченного хлеба в воздухе стоял характерный железный запах. Она слышала, что Хёрд где-то в доме. Из спальни, где трудился техотдел, доносились приглушенные голоса. Сайвар пошел в ту сторону, а Эльма осталась в коридоре. Пол был кафельный, и большая его часть была покрыта ковриком с персидскими узорами. На стенах висели картины, а на громоздком комоде на белой вязаной скатерти выстроились разные вещицы: статуэтки, серебряная чаша, вазы. Фотография в рамке, а на фотографии старший брат и сестренка; вокруг лето, и волосенки у них почти белые. Мальчик обнимает сестренку, она улыбается до ушей, а он слегка ухмыляется. Эльма вздрогнула, когда гулко ударили напольные часы. Один удар. Половина седьмого.

Когда Эльма заглянула в гостиную, она увидела Хёрда на диване рядом с Аусой. Все огни были погашены, единственный свет был – от уличных фонарей, освещавших террасу. Ауса сидела выпрямившись, на плечи у нее была наброшена вязаная шерстяная шаль. Она смотрела прямо перед собой, и когда Эльма подошла, на лице у нее ничего не отразилось. Хёрд встал и велел Эльме выйти с ним в коридор.

– Она до сих пор ни слова не сказала, – шепнул он ей. – Конечно, мы пока подождем и допросим ее уже в управлении, – но ведь она просто сидит и пялится в пространство. По-моему, у нее шок.

– А это точно она то сделала с Хендриком?

– Она сама позвонила на «горячую линию», – проговорил Хёрд. – Сказала, что Хендрик лежит на полу без сознания и что это она пырнула его ножом. Но голос в телефоне у нее все-таки был спокойный, и когда вошли Каури и Грьетар, она сидела в спальне и протягивала им окровавленный нож.

Эльма бросила недоверчивый взгляд в сторону гостиной. Миниатюрная женщина, казалось, едва способная самостоятельно встать, куда уж ей заколоть мужчину крупнее себя!

– Состояние Хендрика было чудовищным, – продолжал Хёрд. – Он потерял много крови, лежал на полу, а она просто сидела на кровати и смотрела на него. Не было никаких следов того, чтобы там действовал кто-то другой, но мне с трудом верится, что это она. В смысле, я их обоих хорошо знаю. Это абсолютно непонятно.

– А Хендрик жив?

Хёрд пожал плечами:

– Когда приехала «скорая помощь», он был жив, но без сознания. А с тех пор я не спрашивал. – Он сделал глубокий вдох и посмотрел в сторону гостиной, где сидела Ауса. – Я просто понять не могу! Что за чертовня здесь произошла?!

– Почему ее до сих пор не отвезли в управление? – Эльма удивленно посмотрела на Хёрда.

Он пожал плечами и вздохнул:

– Я сейчас порошу Каури и Грьетара заняться этим. А ты пока посиди с ней. – Он вышел, а Эльма заглянула в гостиную, где сидела старушка.

Эльма вошла и осторожно присела на диван рядом с Аусой. Она не знала, как ей себя вести или что сказать. Когда она села, Ауса не взглянула на нее, лишь поправила свою шаль и закуталась в нее. Волосы, которые были взбиты и уложены, когда Эльма встретилась с ней впервые, сейчас безжизненно свисали вдоль бледного лица. И все же в ней ощущалась какая-то гордость.

– Нам скоро надо будет отвезти вас в управление, – сказала Эльма, помолчав.

Ауса медленно подняла глаза на Эльму и, к ее удивлению, улыбнулась – холодной, но горестной улыбкой.

– А я ей не верила, – сказала она, и тотчас ее лицо стало суровее, а губы вытянулись. Бесстрастное холодное выражение лица вскоре рассыпалось, и Эльме больше всего захотелось обнять Аусу за плечи. Когда старушка снова заговорила, ее голос был хриплый, она смотрела на Эльму колючим взглядом: – А я не поверила, когда она мне сказала. Она пришла и рассказала мне про все, что он делал. Все-все мне рассказала, а я не поверила.

– Кто вам все рассказал? – удивилась Эльма. – Вы про Элисабет?