Читаем Скрип на лестнице полностью

– А брат у тебя такой симпатичный – обалдеть, – вздохнула Магнея. Брат Сары, Бьяртни, был на несколько лет старше, и они порой встречали его в школьных коридорах. Ради его внимания Магнея была готова на все.

Сара взглянула на нее и поморщилась:

– Но ведь он старый уже.

– Понимаю, поэтому я лучше в Бегги влюблюсь. Или в Палли. А ты знаешь, в кого ты влюбилась, Элисабет? – Что-то в улыбке Магнеи заставило Элисабет насторожиться. Она помотала головой. Она никогда особо не интересовалась мальчиками, в отличие от Магнеи, которая без конца могла рассуждать о том, кто симпатичный, а кто нет.

– А может, ты в Андрьеса-дурандреса влюблена? – издеваясь, спросила Магнея. Андрьес был тем их одноклассником, с которым никто не хотел водиться. Он был худой, долговязый, лопоухий, всегда носил штаны, которые были ему коротки. Но он пытался скрыть свою долговязость тем, что постоянно ходил сгорбившись, что придавало ему еще более странный вид.

– Нет, – ответила Элисабет. Прошла уже неделя с тех пор, как Магнея с Сарой предложили ей: «Будешь с нами?» – и Магнея уже успела порядком надоесть ей. Она была уверена, что и Саре тоже.

– Привет, Андрьес! – крикнула Магнея и помахала однокласснику, который стоял на площадке, роя гравий мыском. Когда Андрьес нерешительно помахал в ответ, она ухмыльнулась девочкам. Тут прозвенел звонок, и ребята помчались в класс.

Когда началась последняя перемена, Элисабет решила: у нее будет разговор с Сарой. Она собралась спросить, не могут ли они сегодня вечером побыть только вдвоем. Как раньше. Не успела она сделать шаг за порог, как он подбежал к ней, обнял ее, крепко схватил ее голову и поцеловал в лицо И еще раз, и еще раз. Что было после этого, Элисабет уже не помнила. Она принялась яростно отбиваться. И не остановилась, когда он рухнул наземь, держась за лицо руками. Она не унималась, пока кто-то не ухватил ее сзади и не оттащил.

У залива Кроукалоун песок был черным. На поверхности воды покачивались водоросли, в воздухе пахло морской солью. Ветер ерошил волосы Эльмы, шагавшей по взморью. Она застегнула молнию куртки до самого подбородка, засунула руки в карманы и смотрела на морскую гладь. Сколько ей еще надо будет бродить, пока ее не унесет волнами? Море сейчас было почти черным, совсем как песок. За морем она увидела нечеткие очертания ледника. С каждым годом его белая шляпка как будто уменьшалась. Наверно, через несколько лет ледник совсем исчезнет.

Сара играла здесь двадцать семь лет тому назад? Нашла на берегу поддон и решила сделать из него плот? Одна?

Был уже четвертый час, и солнце, радостно светившее весь день, сейчас укатывалось за горизонт. Уже начало темнеть – и вдруг Эльме показалось, что она на взморье не одна. Она быстро осмотрелась. Пляж был пустынен, но в домах над ним горели огни, и Эльме был слышен далекий шум проезжающих машин.

Она все еще пыталась понять, каким будет следующий шаг. Она хотела верить Аусе, сказавшей, что Сара ни за что не полезла бы на плот добровольно, но она знала также, что с друзьями дети могут отважиться на такое, чего иначе не стали бы делать. Поэтому она считала, что Сара была не одна. Скорее всего, с Элисабет.