Читаем Скоро полночь полностью

От медицины Басманов был далек, но понимал, что не только до восьмидесяти полковник не доживет, а и до пятидесяти едва ли.

— Вас ничего последнее время не беспокоит? — спросил он.

— Что значит — беспокоит?

— В организме, я имею в виду. Болит там где, или иные неприятные ощущения…

— По-разному бывает. Желудок то и дело ноет, сердце иногда прихватывает, ногу под утро судорогой сводит. Бессонница, как я вам говорил. А что?

— Да теперь, пожалуй, уже и ничего. В эту штуку, как мне сказали, японские магнитные камни встроены, очень для организма полезные. Поносите до утра, а там посмотрим.

— Шарлатанство, — презрительно ответил Сугорин. — И вы в такое верите?

— Я бы и не верил, если б мы сейчас с вами в Африке девяносто девятого не сидели. А так… Александр Иванович наш, если вы не в курсе, японист и врач, знаток всяких эзотерических учений. Он в эту штуку очень верит и оставил ее мне именно в рассуждении, что у нас здесь с медицинским обеспечением очень и очень плохо. Вы, кстати, портреты печально для нас известного адмирала Хэйхатиро Того помните?

— Еще бы…

— Так вот ему в дни Цусимы было почти шестьдесят, а выглядел едва на сорок. И вообще прожил девяносто лет в здравом уме… Тоже, говорят, такими браслетами пользовался.

Сугорин немного подумал и махнул рукой.

— Бог с ним. Хотите верить — не стану препятствовать. Мне эта штука не мешает — и ладно. На самом деле, давайте пройдемся. Заговорили вот о болезнях, и сразу — спина заныла от долгого сидения над бумагами, еще кое-что, о чем вам по молодости лет и знать не стоит. Пойдемте. Поговорим попросту…

Они неторопливо направились в продуваемый влажным весенним ветром вельд, прихватив на всякий случай автоматы. До англичан далековато, но, и кроме них, опасностей хватает. Майн Рид утверждал, что некоторые местные племена не утратили каннибальских привычек, пусть не гастрономических, а чисто ритуальных, так от этого не легче. И львы никуда не делись, и гиены.

Басманов, располагая свободным временем в промежутках между выполнением служебных обязанностей, сотнями проглатывал книги из будущих времен, не только научно-популярных, но и художественных. В одной из них попалось упоминание о якобы существующей до сих пор в глухих уголках Африки гигантской гиене, «гишу», которая питалась в основном слонами и носорогами. «Ужас толстокожих», — так она характеризовалась.

Вдруг откуда-нибудь и здесь объявится? На такой случай лучше бы иметь при себе гранатомет, но и два автомата с утяжеленными пулями — тоже не абы что.

Стратегическим планированием в буквальном смысле они решили заняться завтра, а сейчас просто обменивались мнениями о текущем моменте, каким он им представлялся. Достигнутые на фронтах успехи, на первый взгляд — грандиозные, завершившиеся освобождением громадных территорий в Натале и на северных границах Капской колонии, на самом деле ничего еще не решали.

Англичане, со своим упорством, материальными и людскими ресурсами, многовековым военным и колониальным опытом, вполне и сейчас в состоянии переломить ход событий. При условии, что решат вести войну всерьез, то есть с мобилизацией абсолютно всех своих ресурсов. Басманов вкратце пересказал полковнику основные моменты Второй мировой войны применительно к участию в ней Великобритании.

Для Сугорина это было откровением, тех книг, что Михаил нашел в библиотеке «Валгаллы», да и сам покупал в магазинах Москвы-2005 (настоящей), Валерий Евгеньевич не читал. Он, как известно, после окончания Гражданской войны вышел в отставку. Жалованье за год войны со всеми надбавками и премиальными, а также выходное пособие составили больше трехсот тысяч рублей золотом, громадная при Югоросских ценах сумма. Хватило на дом с садом и виноградником под Одессой, на парусно-моторную шхуну для морских прогулок и рыбалки. Остаток он положил в Государственный банк и мог безбедно жить на проценты, да еще и полковничья пенсия ему шла.

С двадцать второго года он занимался написанием многотомного труда по истории Мировой и Гражданской войны, и ничем другим не интересовался. Пока его снова не призвали в строй.

— Крайне интересно, крайне, — несколько раз повторил Сугорин, впитывая новую для него информацию. — Только ведь ваши аналогии некорректны. В той грядущей войне у Британии имелись могущественные союзники, вынесшие, как я понял, основную тяжесть войны и претерпевшие несоизмеримые с английскими потери. А там, где они сталкивались с немцами и японцами один на один, особых успехов в вашем пересказе не просматривается. Чего стоит хотя бы сдача Сингапура, Дюнкерк, операции в Северной Африке, где, как я понял, немцы были не в пример слабее количественно. Я прав?

Басманов вынужден был согласиться. Отметив, однако, что сами по себе военные неудачи в сражениях с качественно превосходящим противником не отменяют того факта, что упорство британцы проявляли выдающееся и на общую капитуляцию, даже на сравнительно почетный мир с немцами и японцами, не пошли.