Второй парень по-прежнему не сводит с меня взгляда. Да, за сегодняшний вечер у них слишком много сюрпризов. Правда, превращение в куклу трудно расценить как сюрприз приятный, но зато и скучным его никак не назовёшь. Не всякий день ты получаешь заказ на убийство ценой в сто тысяч баксов, встречаешься со Смертью, тебя трансформируют в горстку фарфоровой пыли и хозяйственно выносят в пакете на ближайшую помойку.

– У тебя вопросы есть? – спрашиваю я, снизив для пущего эффекта градус холода.

Он заворожённо мотает головой. Наверное, «Дживс» думает, что обкурился, и пытается избавиться от «морока». Ох, какое разочарование, вряд ли у него это получится. Я превращаюсь в человеческое существо. Обычного среднестатистического доктора в белом халате, строгих очках на носу и с залысинами. Наклонившись, поднимаю с пола пулю.

Щёлкаю пальцами. Особый знак для теневого мира.

Передо мной из воздуха возникают двое косарей. По иронии судьбы – скинхед и чеченец.

– Сопроводите их в Бездну, – приказываю я. – В гробовом молчании.

Они кивают. Оба одеты в чёрные балахоны с капюшонами – классическая форма.

Я поворачиваюсь к «Вустеру».

– Нет никакого рая и ада. Это заблуждение: вы думаете, у мёртвых такая же жизнь – со спецакциями и возможностью получить дёшево то, за что в обычной ситуации надо заплатить. Сорри, я тебя кинул. В рай ты не попадёшь.

Он не произносит ни слова. Косари увлекают души киллеров прочь.

Я тоже собираюсь идти, мне больше нечего здесь делать. Два шага к выходу, и…

– Ты за мной? – это произносится сонно, с зевотой… но отчётливо.

Чёрт, как я и опасался. Самое опасное время – перед рассветом. У детей чуткий сон.

– Больной, вы почему проснулись? Спите… я совершаю обход палат.

Илья приподнимается на локте, губы искажает циничная ухмылка.

– Я тебя из тысячи узнаю. И эти никогда не приходят в пять утра.

Обманывать убийц проще. Они не столь искушены в жизни, как маленькие дети.

– Я забрал две души в соседней палате, – говорю я ему, почти не соврав. – Зашёл проверить, всё ли нормально. Ну, и вот, – трясу пакетом, – прибрал мусор, а то ты ж один раз забыл обёртки от «макдоналдса» спрятать, потом по полной от доктора влетело.

Илья улыбается. Подумать только – я, повелитель огромного мира мёртвых, где есть всяческие небоскрёбы, лошади со слонами и даже кафе «Зомбиленд», стою тут и заливаю этому ребёнку, чтобы он не догадался: с минуту назад его пытались убить. Наверное, Апокалипсис не за горами. Эдак скоро Смерть ему станет задачки по арифметике решать.

– У-у-у, ты захотел меня проведать, – радуется он. – Молодец! Хорошо, я лягу засыпать, а ты опять расскажи мне сказку. Можно такую утреннюю, совсем короткую… нуууу…

В мои планы не входит сейчас сочинять байки. Но я понимаю, что дёшево отделался.

Присаживаюсь к нему на кровать.

– Значит, так… слушай внимательно… в старые, стародавние времена жила-была…

Сказка четвёртая

Лиса Патрикеевна

«…Жила-была Лиса Патрикеевна. Мне неведомо, почему именно это животное в ваших сказках такое хитрое. Будь ума у неё палата, она бы стабильно обитала в русских лесах до нынешнего времени и в ус не дула. Вот в Британии, например, при всех традициях охоты на лис эти зверьки ночами по Лондону бегают, в мусорных баках роются. А у вас ты много лисиц видел? В зоопарках за решёткой сидят бедные Патрикеевны да трясутся. Кстати, почему Патрикеевна? Получается, её папеньку звали Патрик? Изумительно. Животное, родившееся от связи неизвестного зверя с человеком, предположительно ирландцем. Правда, ваши сказочные источники утверждают: лиса, дескать, получила отчество от литовского князя Патрикея, жившего в четырнадцатом веке и прославленного своей хитростью[23]. Эта версия извращённого отцовства не разъясняет саму суть проблемы. Ещё хуже – несчастная лиса совсем не в курсе, откуда именно её папаша: из Ирландии или Литвы? Я в принципе удивляюсь сказкам, но русским – вдвойне… Неясно, отчего к вашим детям на период баек в стиле крэйзи не приставляют профессиональных психиатров.

Сложности с отцом не вызывают сочувствия к рыжей стерве.

Она заставляет волка катать её на себе, выселяет зайца с жилплощади, подставляет медведя и вообще ведёт себя не как лиса, а как последняя свинья. Интриги против слабых (в случае с бомжем-зайцем) лисица проигрывает, а против сильных (волк с медведем) – выигрывает. На её месте я подставлял бы только сильных… Так нет же. Хотя один раз лисицевы интриги закончились буквальным блином. Я рассказывал тебе сказочку «Теремок»? Там фигурировали мышка-норушка, зайчик-побегайчик, лисичка-сестричка, волк… не помню точное определение сего зверя. А после пришёл медведь и всех задавил. Чему может научить детей такая сказка? А, ну да… не пускать в дом слишком толстых незнакомцев… Не могу не согласиться с логикой.

Напоминает также последние итоги выборов в вашу Думу, но это уже детали.

Лиса ещё ладно. Знаешь, кто меня пугает по-настоящему? Колобок.